Читаем Стресс без дистресса полностью

Я постараюсь рассмотреть эту проблему глазами биолога-экспериментатора. В таком контексте слово «цель» может показаться претенциозным, а приписывание цели физиологическому процессу, изучаемому в лабораторных условиях, - тем более. Телеология, или концепция изначальной целесообразности природы, основана на предположении, что природа предпочитает одни события другим, подобно тому как мы с вами желаем процветания скорее своим семьям, чем чужим. С точки зрения науки такую целесообразность трудно доказать. Я имею в виду другое; нужно предоставить жизни протекать естественным путем, чтобы раскрылся ее врожденный потенциал. Для биолога это вполне приемлемый эквивалент того, что верующие, мудрецы и философы; назвали бы целью жизни.

В этом смысле цель жизни - в самосохранении и в реализации врожденных способностей и влечений с наименьшим ущербом и неудачами. Для сохранения душевного равновесия человеку нужна какая-то цель в жизни, которую он считает высокой, и гордость, что он трудится ради ее осуществления. Каждый человек должен каким-то образом высвободить скрытую в нем энергию, не создавая конфликтов с собратьями, и, если возможно, завоевать их расположение и уважение.

Цели и средства.

Начнем с проведения четкой границы между конечными целями, придающими жизни смысл и значение! и средствами их достижения. Так, деньги никогда не будут конечной целью, они ничего не значат сами по себе, а служат средством, помогающим достичь конечной цели, имеющей для нас безоговорочную ценность. Лишь немногие люди размышляют о коренном различии между целями и средствами, но без осознания этой разницы нельзя обрести душевный покой. Средства нужны только для приобретения того, что мы в глубине души по-настоящему уважаем. У жизнерадостного, уравновешенного человека это стремление к самовыражению и желание заслужить любовь и одобрение ближних.

Единственная жизненная установка, при которой средства и конечные цели практически совпадают,— гедонистическая. Для нее нет иных целей, кроме наслаждения (радости изысканной кухни, пассивное наслаждение искусством, путешествиями, природой). Я никого не осуждаю, а только провожу различие между интровертными и экстравертными средствами достижения целей. Восхищаемся ли мы, разделяем ли мы удовольствия гурмана или эстета или остаемся безразличными к ним, их цели всегда интровертны, «замыкаются» в них самих. Совсем другое удовольствие испытывают шеф-повар, музыкант или скульптор: они страстно желают творить и заслужить любовь тех, кому отдают свои творения.

Ближайшие цели.

Ближайшие цели сулят немедленное удовлетворение. Они не имеют отношения к будущему, вознаграждения такого типа нельзя сберечь, они не накапливаются и не образуют все возрастающего запаса силы и счастья. Единственный их след - приятные воспоминания.

Ближайшие цели связаны с получением сиюминутного удовольствия: например, от удовлетворения чувственных желаний, решения трудного кроссворда, вкусной нищи или вина, прогулки по живописной местности. Во всех этих случаях вы получаете удовлетворение, делая то, что вам нравится, и не думая ни о каких будущих благах. Ближайшие цели, как правило, не требуют специальной подготовки, хотя наиболее изощренные из них предполагают развитый вкус. Роскошным обедом насладится всякий, но изощренный вкус гурмана извлечет из него больше удовольствия. Нужна специальная подготовка, чтобы оценить тонкости великих произведений музыки, живописи или скульптуры; потребуется вся жизнь, чтобы испытать радость понимания сложных научных предметов. Выходит, не все удовольствия ближайших целей воспринимаются пассивно; человек ищет их, движимый стремлением выразить себя, как это имеет место в творческой деятельности и играх. Но здесь деятельность и вознаграждение практически одновременны и недолговечны.

Отдаленные цели.

Поиски приемлемой философии жизни следует начать с самоанализа. Мы должны честно ответить себе, чего мы хотим от жизни, Как и во всех биологических классификациях, категории взаимно перекрываются. Обычно у нас есть две (или более) отдаленные цели, из которых одна почти всегда главенствующая. Позже мы увидим, что все эти индивидуально различные конечные цели сознательно или бессознательно направлены на завоевание любви ближних.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука