Читаем Свадьба моего мужа полностью

– Спроси его: страх, зачем ты мне? – Я тоже снижала темп и громкость голоса, чтобы оставаться с клиенткой в одном информационном поле. Жанна опустила глаза и почти ничего не могла из себя выдавить. После долгой паузы она с трудом повторила мой вопрос.

– Страх… зачем… ты… мне…

– И что? Что-то он отвечает? – мягко толкала я ее вперед.

– Чтобы… чтобы защитить? – Жанна проговорила это с таким удивлением, словно была поражена громом среди ясного неба. К ее еще секунду назад бледным щекам прилила кровь. Она пришла в состояние активности. – Значит, это только чтобы меня защитить? Там, снаружи, опасно! Да, точно!

– Нет, – остановила ее я. – Снаружи уже давно неопасно. Просто страху еще неизвестно, что ты уже выросла и можешь с любой ситуацией справиться сама.

– Да? – затормозила Жанна.

– Точно-точно, – улыбнулась я. – Скажи ему: страх, я разрешаю тебе стать тем, кем ты хочешь быть.

– Страх, я разрешаю тебе…

– Стать тем, кем ты хочешь…

– Кем ты хочешь быть, – выдохнула она. Да, настоящая психотерапия – штука нелегкая. Иногда проще вагон картошки разгрузить, чем произнести две-три короткие и с виду бессмысленные фразы. Работа с собственными эмоциями – как же плохо мы это умеем.

– И что? Что-то изменилось?

– Да! Этот шар, он превратился в кувшин! Надо же! Кувшин, полный воды! – удивленно смотрела куда-то в глубь себя Жанна. Я вздохнула с облегчением. Да, как все интересно. По канонам современной психологии кувшин – символ женственности. И перед моими глазами произошла сублимация страха, который был не чем иным, как защитной реакцией ее внутреннего «я». Именно она – эта защитная реакция – и не дает ей раскрыть свой потенциал. По крайней мере, так всё это выглядело.

– Теперь прими этот кувшин в себя. Позволь ему и впредь оставаться прекрасным кувшином, а не каким-то серым комком.

– Хорошо! – удивительно мягко и женственно улыбнулась она. И закрыла глаза. Я не мешала. Ей надо было побыть в этом состоянии. Ей надо было побыть в нем несколько дней. Но определенно сегодня я подступила гораздо ближе к ней, чем за весь этот месяц.

– Теперь в понедельник? – Я уточнила время следующего сеанса. Жанна уехала, а я пошла кипятить чайник. Как интересно было бы подглядеть, что именно происходило у нее в голове, когда она видела свой страх. И вообще, сказал бы мне кто-нибудь, какие именно перемены могут произойти в ней с помощью этих сеансов. Ведь никогда нет гарантий, что будет позитивный результат. Как говорят врачи, отсутствие обострения – уже динамика. Я же, как безумный романтик, хотела чудесного исцеления.

В окне мой квартиры неожиданно блеснул солнечный луч. Да, по всему было заметно, что в город вовсю стучится весна. Подумаешь, холодно! Подумаешь, нечего есть! Эх, надо признать, что с Гришиными сумками мне жилось гораздо сытнее. Жаль, что он такой упертый. Может, позвонить ему? Позвонить!

– Абонент не отвечает или временно недоступен.

«Что-то я это слушаю уже месяц. Может, мне пора начинать беспокоиться?» – усмехнулась я. Беспокойство – это не мой конек. Меня хватает ровно на минуту, а потом я как-то невзначай отвлекаюсь на что-нибудь другое и забываю обо всем. Вот и сейчас, я отвлеклась на приготовление вегетарианской лазаньи из кабачка и спагетти. И выкинула из головы все, кроме прошедшего сеанса. Определенно можно сказать, что у Жанны конфликт желаемого и действительного. Это все потому, что в своих мечтах мы всегда остаемся гораздо лучше, чем можем стать в реальности. Кто она на самом деле – не очень способный поэт и продавец телефонов? Кем она может стать в своих мечтах?! Наверное, с ее точки зрения, минимум Анной Ахматовой. Как выдернуть Жанну из мира ее грез, в котором у нее нет конкурентов, критиков и завистников? Где она не может проиграть или оказаться нелепой и смешной. Как показать ей реальность, жизнь в которой будет совсем не так легка и приятна, как в мечтах? Как вообще помочь человеку сделать подобный выбор?

У меня в кармане завибрировал телефон. Я вздрогнула. Кому не спится в ночь глухую? Оказалось, Жанне.

– Привет, ты уже доехала? – заволновалась я. Никогда еще Жанна не звонила сразу после сеанса.

– Ты не представляешь, какой скандал мне закатил муж. Он требует, чтобы я перестала к тебе ездить. Я прямо не знаю, что теперь делать, – зашептала в трубку она. Я похолодела. Значит, все-таки противодействие пошло. И муж тут ни при чем. Наши близкие – это универсальные трансляторы наших собственных мыслей. И если ее муж кричит и требует, чтобы она бросила эту работу над собой, можно даже не сомневаться, что она сама бы с удовольствием сделала то же самое.

– Так что? Ты в понедельник не приедешь? – сразу уточнила я.

– Пока даже не знаю, – пространно ответила она.

– Это очень плохо. Совсем неправильно. Тебе надо обязательно пройти еще хотя бы два-три сеанса, а уже потом прерываться.

– Ладно! – зашипела она. – Я могу вырваться в пятницу, в обед. В понедельник побуду с ним, а потом что-нибудь придумаю. Идет?

Перейти на страницу:

Похожие книги