– Влад! – крикнула я, страх поднялся во мне, когда он не ответил. Был ли он слишком далеко? Или непрекращающийся грохот обвала плюс рев огня заглушали меня, и поэтому он не мог меня услышать? – Влад, послушай меня! – попыталась я снова, толкнув некроманта за себя и подойдя к огню так близко, как могла.
Не сработало, в отчаянии я сняла обручальное кольцо с левой руки и надела на правую, пальцами терла широкий плоский камень пока не нашла след Влада, который он оставил, когда снова надевал его на меня.
Он не опустил рук, но наклонил в бок голову.
– Лейла?
Я могла слышать его только через связь, поэтому он тоже не мог меня слышать по-другому. Я ответила с мгновенным ментальным ревом:
Его эмоции все еще были переплетены с моими, так что я почувствовала, когда его удивление перетекло в гневное беспокойство.
– Уходи отсюда, – произнес он, возвращая взгляд на обугленную стену. – Ты не переживешь то, что я задумал сделать.
Не уверена, понял ли он все что я сказала, поэтому повторяла слово "западня" снова и снова, надеясь, что это сработает. Некромант наблюдал за мной, не делая ни малейшего движения в сторону хлыста на моей шее. Это и в добавок мрачное выражение лица, подсказало мне, что он не лгал и не преувеличивал серьезность ситуации. Если Влад проигнорирует меня и взорвет последнюю дверь, мы все умрем.
Огненная стена резко подалась назад и показался длинный пустой коридор. Я побежала вперед, не проверив последовал ли за мной некромант. У него не было выбора. Путь позади нас был заблокирован завалом.
Когда я дошла до конца туннеля, вынуждена была перешагивать через груды обугленных камней.
Влад был на очищенном участке. Я не могла назвать это комнатой, потому что не думаю, что изначально это была комната. Напротив, выглядело так словно стена за стеной крепостного укрепления было взорвано и получилось открытое пространство от силы огненного удара Влада.
Последняя дверь, которую упомянул некромант, была легко различима в остатке скалы.
Скала была унылого серо-коричневого цвета, как и стены туннеля. Дверь – черная, гладкая словно грифельная доска и такая же зовущая, как и приглашающий жест для вампира, который не хотел ничего кроме как убить врага, который прятался за этой дверью.
Влад остался в том же положении, в котором был, когда я мельком увидела его через связь: ноги напряжены и широко расставлены, руки протянуты к двери, и огонь бьет из него ключом, как будто все его тело выделяло пламя.
Его эмоции были намного взрывоопаснее, чем все разрушения, которые он произвел в комнате, поэтому я не побежала к нему. Я остановилась на входе в туннель, не желая дразнить и без того неустойчивое состояние.
– Не трогай эту дверь. Она оснащена, чтобы сдетонировать, и в результате разрушится вся подземная тюрьма, – сказала я самым спокойным голосом, на который была способна, и только на тот случай, если он не услышал меня мысленно.
Он не спросил меня откуда я это узнала. Он даже не отвел взгляд от черного прямоугольника, как будто боясь, что если он посмотрит в сторону, Шилагай снова ускользнет.
– Только дверь? Или стены тоже?
Я мельком взглянула на туннель и некроманта, который, как предполагалось, шел за мной.
– Только дверь? Или стены тоже? – настаивала я.
– Только дверь, – ответил он, скрестив руки и наклонив голову, будто ему было интересно посмотреть, как Влад проберется через это.
Влад пристально посмотрел на гладкую черную доску и улыбнулся. Затем его сила начала носиться по комнате постоянно увеличивающейся взрывной волной, пока не появилось ощущение, что он управляет гравитацией словно оружием, которое стучало молотом по всему моему телу.
Я втянула воздух пытаясь уравновесить ужасное давящее ощущение, как будто мои кишки протерли на терке сильные удары. Позади меня я услышала стон некроманта, а затем глухой удар, который мог быть от того, что его ноги подкосились от продолжающегося жуткого ощущения.
– Что ты делаешь? – удалось мне выдохнуть.
Влад не обращал на меня внимания. Вирулентные эмоции обжигали мое сознание, и мне хотелось знать слышал ли он меня? Возникало чувство, что Влада поглотила ненависть, пока импульсы силы, исходившие от него, не стали такими тяжелыми, что я тоже упала на колени.