Читаем Своими глазами (сборник) полностью

7.  Кухня. САНТЕХНИК, ГЛЕБ помогает ему. Раза три на протяжении их разговора хлопает за сценой входная дверь и слышны громкие шаги.

САНТЕХНИК. Любишь работать?

ГЛЕБ. Зарабатывать люблю, а так – нет. В другой раз сам сделаю. Пусть треха останется в семье. Глядишь – и мне капнет.

САНТЕХНИК. Для того и вяжешь? Немужское развлечение.

ГЛЕБ. Равенство так равенство. Если женщины могут таскать шпалы – пусть мужчины хоть вяжут. Скучно без дела.

САНТЕХНИК. Хуже, когда с делом скучно. Больше года подряд интеллигентный человек ни одной работы вынести не может.

ГЛЕБ. А я уже восьмой год школу выношу.

САНТЕХНИК. Судьбы наши… Ты крепись. А чего ты хочешь? Денег, тряпок, девочек, веселья? Думаешь, не надоест?

ГЛЕБ. А чего еще хотеть? Вы вот – чего хотите?

САНТЕХНИК. Я? Что хочу, то и имею. Пустячок. Счастье.

ГЛЕБ. Это ненадолго, не волнуйтесь.

САНТЕХНИК. Это у глупых и слабых ненадолго. А у умных и сильных – на всю жизнь.

ГЛЕБ. Короткая же жизнь у умных и сильных, я чувствую.

САНТЕХНИК. А что толку в долгом несчастье. Когда я работал учителем, я пытался вдолбить лоботрясам вроде тебя…

ГЛЕБ. А что вы преподавали?

САНТЕХНИК. Историю, географию, английский, литературу, черчение, рисование и физкультуру.

ГЛЕБ. Вы математику и пение не перечислили.

САНТЕХНИК. Не веришь. Была восьмилетка в одной деревеньке. Учителей нет, двое вообще вчерашние десятиклассники. Ну мне и собрали две ставки всего, что я вообще мог.

ГЛЕБ. Я чувствую, вы были там счастливы на две ставки.

САНТЕХНИК. Как всегда. Я был счастлив, когда попал туда, год был счастлив, пока преподавал, а потом был счастлив, что удрал оттуда. Умному человеку кругом счастье, понял?

ГЛЕБ. А по Грибоедову – умному человеку кругом несчастье.

САНТЕХНИК. Скажи, ты себе счастье как представляешь?

ГЛЕБ. Я себе такого даже представить не могу. А вы как?

САНТЕХНИК. Отвечай, юнга, когда старший спрашивает.

ГЛЕБ. Когда старшие заставляют младших отвечать, те все равно думают одно, а отвечают другое. Старшие, кстати, тоже хотят спросить одно, а спрашивают другое.

САНТЕХНИК. Хочешь услышать, что я тебе скажу?

ГЛЕБ. Откуда человеку знать, хочет он услышать или нет, раньше, чем он услышал это, раз он не знает, что именно услышит.

САНТЕХНИК. Счастье – это состояние души; это способность хотеть и умение ходить по путям сердца своего; это соответствие всех условий – истинным душевным потребностям человека. А люди хотят-то душой, а определяют, чего им добиваться, умом. Думают, будто хотят одного, а на самом деле хотят другого.

ГЛЕБ. А как узнать, чего ты хочешь на самом деле?

САНТЕХНИК. Верь себе. Не насилуй себя. И однажды, в ветреный закат, ты услышишь, как внутри тебя что-то звучит: ощутишь, как внутри тебя распирает не то радуга, не то парус…

ГЛЕБ. …не то запор. Все это лирика.

САНТЕХНИК. Повторяю для пустозвонов – шершавым языком плаката. Жизнь человека – это ощущения! Ощущения рождают желания. Желание рождает мысль. Мысль рождает действие. Пример. Ощущаешь голод. Хочешь мяса. Думаешь об охоте. Делаешь дубину и бьешь мамонта, трясясь от страха, а потом от гордости. Ясно?

ГЛЕБ. Ясно. Трясусь от гордости. Где обещанное счастье?

САНТЕХНИК. Продолжаю. Люди задыхаются в подводной лодке. Спаслись. И всю жизнь память щемит: счастливы были.

ГЛЕБ. Пусть мои классовые враги задыхаются. Понимаю, почему вас из школы выперли.

САНТЕХНИК. Чем человек за всю жизнь больше пережил ощущений, тем полнее он прожил жизнь. А счастье – это стремление души жить в полную силу. Смотри ( вынимает мелок и рисует на темной стене ), вот это – ощущение: кверху – положительные, книзу – отрицательные… а это – время жизни. Чем длиннее эта линия, чем шире ее размахи – тем полнее прожита жизнь. Дальше. Сила души и желаний, крепость нервной системы у каждого разная. Одному нужно преодоление опасностей, игра со смертью. Другой мечтает о тихих радостях бухгалтера: зато бухгалтером будет отличным, еще начальником тому, первому, – тот-то со скуки спустя рукава работать будет.

ГЛЕБ. Каждому свое.

САНТЕХНИК. Именно. Вот чем объясняются все поступки людей. Чтоб душевные силы, или, выражаясь научно, нервная система была напряжена до оптимального предела. Он у каждого свой. ( Чертит размашистые зигзаги. ) Вот – сильная душа. А вот слабая ( чертит пологие зигзаги ) – жизненная энергия мала. Что следует?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Ад
Ад

Где же ангел-хранитель семьи Романовых, оберегавший их долгие годы от всяческих бед и несчастий? Все, что так тщательно выстраивалось годами, в одночасье рухнуло, как карточный домик. Ушли близкие люди, за сыном охотятся явные уголовники, и он скрывается неизвестно где, совсем чужой стала дочь. Горечь и отчаяние поселились в душах Родислава и Любы. Ложь, годами разъедавшая их семейный уклад, окончательно победила: они оказались на руинах собственной, казавшейся такой счастливой и гармоничной жизни. И никакие внешние — такие никчемные! — признаки успеха и благополучия не могут их утешить. Что они могут противопоставить жесткой и неприятной правде о самих себе? Опять какую-нибудь утешающую ложь? Но они больше не хотят и не могут прятаться от самих себя, продолжать своими руками превращать жизнь в настоящий ад. И все же вопреки всем внешним обстоятельствам они всегда любили друг друга, и неужели это не поможет им преодолеть любые, даже самые трагические испытания?

Александра Маринина

Современная русская и зарубежная проза