— «В Вавилоне», — пишете вы чуть ниже, — «был восстановлен Синедрион. Он состоял в основном из потомков царственного дома Давида. Они-то и избирали Князя Изгнания. Со второго по одиннадцатый век Князья Изгнания полновластно управляли иудеями всего мира. Но к началу XI века багдадские калифы, встревоженные все возраставшим могуществом Князей Изгнания, вооружились против иудеев. В 1005 году многочисленные иудейские академии Вавилонии были уничтожены, ученые раввины изгнаны, а Князь Изгнания Езе-кия казнен». Вот! — оживился ведущий, уже изрядно утомившийся чтением. —
— Вы так думаете? — в словах автора книги прозвучала тонкая, едва уловимая ирония.
— Факты, профессор! Факты! Вы пишете: «Иудеи покинули Вавилонию. Часть из них укрылась в Аравии, остальные двинулись на Запад — во Францию и Испанию. С тех пор о Князьях Изгнания в истории больше не упоминается. Но следы тайного иудейского правительства появляются снова через несколько столетий — в конце XV века, на этот раз в Константинополе. В 1488 году французский король Карл VIII издал указ, который требовал от иудеев Прованса принять христианство. В начале 1489 года те обратились за советом к своим константинопольским единоверцам. Ответ следующего содержания последовал в ноябре того же года…» Кстати,
— Настоящий исторический документ, — ответил автор книги.
— Факты! — в очередной раз, но уже торжествующе завопил ведущий программы и продолжил чтение с явившимся невесть откуда интересом. —
— После XV века нет никаких сведений о тайном иудейском правительстве, — ответил гость.
— Но это письмо! — возмутился журналист. — Здесь же черным по белому написано!
В радиоэфире воцарилась тишина. Секунда, две, три… Небольшое время по нашим меркам, но для радиоэфира — это вечность! Те двое, по ту сторону моего радиоприемника, кажется, смотрели друг другу в глаза и ждали, кто же начнет говорить первым.
— Это письмо, — раздался из динамиков голос гостя, — говорит только об одном. Оно говорит о том, как мой народ относится к Тому, Кто повелевает миром, к Тому, Кто вершит Рок, к Тому, Чье имя священная тайна.
— Я прощу прощения, — интервьюер схватился за эту фразу, как голодная собака за брошенную ей кость. — Правильно ли я понял ваши слова?
— Он жив.
— Но об этом знают только избранные?! — продолжал журналист, не сбавляя темпа. — Это Бог избранных? Бог единиц? Бог тех, кто правит миром?!
— Это вы сказали, — тихо ответил гость программы и замолчал.