Лодка медленно подплывала к берегу, и я специально оттягивал время, чтобы еще несколько секунд насладиться ее обществом. Смотрел теперь уже на бывшую жену и скрежетал зубами от обиды. Вдруг услышал крики за спиной. Мы синхронно обернулись. Герта бежала к нам, прижимая к груди собственноручно изготовленную куклу с черными волосами. Я сразу заподозрил неладное и закрыл своим телом Дарлу. Раньше дочь никогда не убивала моих жен до рождения детей, но на сей раз я не знал, чего ожидать от темной сущности, особенно теперь, когда я впервые отказывался от брака.
— Не уходи, Дарла, — прокричала дочь, в глазах которой не было зловещего свечения, предвещающего беду. Я видел, я знал, я чувствовал, что это истинная Герта говорила сейчас. Моя маленькая несчастная дочь искренне произнесла эти слова.
Дарла не испугалась, не отшатнулась от ребенка. Наоборот. Она вышла из-за моей спины и присела перед Гертой на корточки. Коснулась ее руки и улыбнулась.
— Мне пора домой.
— Здесь твой дом. Не уходи. Прости меня. Я обещаю, что не стану тебя доставать. Не бросай папу, пожалуйста, — слезы покатились по детским щекам и я сглотнул ком боли. Никогда не выносил слез дочери. Всякий раз мое сердце разрывалось на части, когда ей было плохо. Вот и сейчас я не сдержался и подошел к ней. Погладил Герту по волосам, но она не перестала плакать.
— Все будет хорошо, Герта. Я никогда тебя не забуду. Возьми, — сняла она с шеи амулет и отдала Герте.
Дочь прижала его к сердцу и в ответ протянула куклу.
— И я буду помнить, — шепнула она осипшим голосом.
Дарла с благодарностью приняла подарок и поднялась. Сразу направилась к лодке и без посторонней помощи вошла в нее. Я наказал Герте ждать меня в комнате, и она бросилась в сторону замка.
Мы плыли по Бронзовому озеру в полной тишине. Никто из нас и слова не обронил до тех пор, пока не показалась снаряженная в путь черная карета.
— На границе Рифта лакей сменится, — предупредил я Дарлу, которая с недоверием посмотрела на мертвого провожатого.
Застыла у входа в карету, не решаясь войти, не решаясь попрощаться, и я сделал первый шаг. Обнял ее так крепко, насколько мог и шепнул на ухо:
— Если будет трудно, всегда можешь рассчитывать на мою помощь, — но она отпрянула. Похоже, не этих прощальных слов от меня ждала.
— Спасибо, — сухо ответила и поднялась в кабину. В последний раз посмотрела на меня в окошко и улыбнулась. Я щелкнул пальцами за спиной и протянул ей синюю розу на прощание. С нее началось наше знакомство и ей же закончилось.
Она вдохнула аромат цветка, и экипаж тронулся с места. А я еще долго провожал его взглядом, ощущая столь болезненную душевную пустоту, что хотелось кричать. Снова один в царстве мертвых без надежды на счастье.
Глава 17
Родовое поместье
Я уезжала из Данстара с жутким ощущением дикого одиночества, будто кто-то безбожно вырвал из груди кусок сердца. Поначалу казалось, что кроме пустоты никаких чувств не испытываю, но стоило выехать за пределы Ривервуда, как дала волю эмоциям. Убогую куклу, сотканную из подручных материалов, и благоухающую розу отчаянно прижимала к груди. Ревела навзрыд и выла, как белуга под шум несущейся вперед кареты. Воспоминания накрывали снежным комом и не желали отпускать мою истерзанную душу из холодных лап. Верно ли я поступила? Разум твердил: «да». А сердце… Да зачем его слушать? Я шкуру свою спасала. Здесь сердце — не товарищ. Я, наконец, свободна, но, увы, не счастлива. Все, к чему отчаянно стремилась, ради чего жила — пошло прахом. Возвращаюсь в ненавистный Рифт богатая и пустая, будто выжатый лимон. Что скажет мать, когда увидит меня на пороге? С расторгнутым браком, но под фамилией Скай. Опорочила все же род Ноксов. Отличилась. К бабке не ходи и так ясно, что заклюет она меня на месте. Плюсик к моей репутации добавился жирный. Но оно и к лучшему. Ни один из женихов не позарится на такое «сокровище». Буду спокойно жить себе в поместье с нянечкой… Хотя какой там спокойно? Мать всю плешь проест. А. В пекло ее слова. Хватит с меня. Долг свой выполнила. Отработала с лихвой. Не страшно возразить и поставить на место.
Но все это мелочи. Что делать с никчемным сердцем, что болит и стонет по хозяину Данстара? А впереди еще много часов пути наедине с собой. Лишь бы с ума не сойти к концу поездки. Дурацкие мысли смерчем крутились в голове и не давали покоя. Я не могла от них избавиться даже по ночам. Келлан Скай приходил ко мне во снах. Я видела его очень четко, чувствовала его тепло и запах. Будто наваждение, которое будет преследовать меня весь остаток жизни.