- Все в порядке, - ответил я. - Включать связь надолго опасно. Объясню потом. Все было исполнено а точности. Доктор Орфус привел в чувство сначала женщину, потом - мужчину и вместе с Натальей Ууль увел их на корабль.
- Вам нечего опасаться, - постарался я успокоить эль-параисянцев. Ничто и никто вам не угрожает. Вскоре кое-что станет для вас ясным.
Еще не вполне выйдя из-под действия "сонной пули", пошатываясь и уже не пытаясь сопротивляться, они удалились в сопровождении Натальи Ууль и Орфуса. А мы, по указанию Грэнси, остались у наружного лаза поджидать, не возникнут ли новые обстоятельства, которые помогут нам сориентироваться в этом полном загадок мире.
Ожидание продолжалось довольно долго. И все это время у меня не исчезало чувство, точно я нахожусь не на планете Земля, а в иной сфере, очень далекой и от этого острова, и от озера Виктория-Ньясса, в мире, затерянном где-то в дебрях не нашей Галактики...
Под вечер мы услышали ровное негромкое гудение и увидели, что к тому же месту, где были высажены люди, приближается летательный аппарат, похожий на ОКЕАНские электролеты.
Аппарат приземлился, оттуда вышел толстенький коротконогий с красным лицом человек, облаченный в точно такую же военную форму, какую мы уже видели сегодня. Он осмотрелся, проворно прошел в одну сторону, в другую... Тех, кого он, видимо, искал, - не было. На физиономии толстяка обозначилось удивление, тут же сменившееся озабоченностью.
- Думаю, что и он нам пригодится, - сказал Павел.
Я одобрительно кивнул, затем прицелился и нажал кнопку сономета. Толстяк взмахнул руками, я понял, что не промахнулся. Еще секунда-другая, он зашатался и упал на траву.
Мы бросились к нему и с трудом (вероятно, не менее ста килограммов весила эта туша) втащили в подземный коридор.
Не теряя ни минуты, тут же выскочили наружу.
- Машина... - выдохнул Павел, и я понял его без лишних слов.
Бегом, бегом... Мы проникли в кабину. В ней оказалась одежда, карты, книги, какое-то не знакомое нам оружие. Все это мы без промедления перетащили в подземелье... Дальше надо было подумать о том, как спрятать машину. Оставлять ее здесь, поблизости от нашего выхода, ни в коем случае нельзя. Это понимал и я, и Павел.
Понадобилось не много времени, чтобы разобраться в несложной схеме управления аппаратом. Павел включил двигатель, и мы поднялись в воздух. Лететь пришлось недалеко. Прямо под нами показалась узкая площадка, сдавленная с трех сторон глыбами дикого камня. Садиться тут было сложно и опасно, но мы все же сели, ничего не повредив.
Зная, в каком направлении расположен вход в подземелье, мы по компасу добрались туда, изнемогая от усталости, от голода и от желания уснуть. Часы показывали семь вечера. Мы сообщили на "Брами", что наша первая разведка закончена и требуется помощь в транспортировке на корабль еще одного субъекта.
Спустя минут сорок к нам прибыли Кванта и Иль. Они доставили легкие складные носилки. Мы уложили на них толстяка и доставили его на "Брами".
Грэнси и все прочие остались довольны нашей первой вылазкой. Но Павел выразил опасение:
- "Брами" стоит слишком близко к поверхности. Как бы нас не засекли.
Ионоо дал спиралеходу задний ход, и "Брами" по наклонному, им же проделанному тоннелю опустился на девяносто метров.
С поверхностью, тем не менее, связь не была утрачена. "Яйцо" мы оставили у входа в лаз, а от него на корабль протянулся тонкий гибкий кабель; таким образом мы и отсюда, с глубины почти полтораста метров, могли наблюдать за происходящим над нами.
Минул еще день. Там, наверху, все пока оставалось без изменений. А здесь, внизу, на нас обрушивался поток информации, которую мы так жаждали получить. Белый мужчина и черная женщина потребовали, чтобы их поместили вместе.
- Вы - супруги? - спросил я.
Они иронически усмехнулись.
- Разумеется, вам неизвестно, что в "Эль-Параисо" брак между черными и белыми карается смертью! Но я и Карбур (так мы узнали его имя) навечно вместе! -сказала женщина.
Грэнси распорядилась, чтобы им отвели общую каюту. Толстяка же положили в ту, которую занимал ранее бедный наш Омар-Али. Вскоре состоялась и первая беседа с новым ее обитателем.
На вопрос о своем имени он заявил, что зовут его Фрицрих Хосе Хох, но что больше мы из него ничего не выжмем.
- Почему же это! - с наивным простодушием спросил Йоноо.
- Потому что с бандитами из организации "Восставшие умы" мне говорить не о чем!
- Организация "Восставшие умы"?! - переспросила Кванта.
- Да! Ибо никто другой не мог похитить меня, Фрицриха Хосе Хоха, и упрятать в какую-то дыру! - прошипел он.
- Но что это за организация? - спросил я настойчиво.
- Не наводите зрячего на камень! Как бы вы ни оделись, я вас распознаю! И помните, тысяча метеоритов вам на голову, если хоть один волос упадет с моей головы, не миновать вам всем Поля Мертвых!
- Вы очень интересная личность, Фрицрих Хосе Хох, - с нарочитой почтительностью произнесла Грэнси и даже слегка склонила голову. - Но, увы, говорите загадками... Неправда ли, вы в "Эль-Параисо" недавно, и поэтому...