Читаем Тайные общества смерти. Очерки истории террористических организаций полностью

Как известно, эта кровопролитная война продолжалась до 1865 года. Она закончилась полным разгромом южан и принятием так называемой «Тринадцатой поправки» к Конституции США, отменявшей рабство во всех штатах. Летом 1865 года покорившийся Юг оккупировала армия Севера. В те месяцы наибольший размах приняла ломка прежней системы хозяйства южных штатов, основу которого составляли крупные плантации, обрабатывавшиеся темнокожими рабами. Получив свободу, но не средства к существованию, в период междувластия негры принялись бойко растаскивать поместья бывших господ. При попустительстве, а часто и при участии победителей-северян, подрастерявших за четыре года гражданской войны уважение к чужой собственности. Разумеется, коренные белые обитатели Юга были не в восторге от новых порядков. Вернее — беспорядков.

И вот под Рождество, 24 декабря 1865 года семеро мблодых ветеранов армии Конфедерации из городка Пуласки в штате Теннесси собрались на «мальчишник» в доме одного из них, городского судьи Томаса Джонса. И решили в шутку и от скуки создать «тайное общество» по образцу тех «студенческих братств», которые издавна существуют в университетах США. Поначалу участники сходки окрестили свое объединение «Рыцари куклоса» (от греч. «куклос» — круг). Но так как это сочетание слов весьма походило на название запрещенного новыми властями общества «Рыцарей золотого круга», один из присутствовавших, потомок шотландцев, капитан Джон Кеннеди предложил добавить туда слово «клан», обозначавшее на его исторической родине род, группу близких родственников.

Так и возникло вошедшее в историю название Ку-клукс-клан. Уже потом его звучание начали сравнивать с упомянутым у Конан Дойля звуком передернутого винтовочного затвора. Американский историк Клана Д. Л. Вильсон высказался на эту тему еще более образно: «…В самом названии Ку-клукс-клана таилась какая-то роковая сила. Пусть читатель произнесет это слово вслух. Оно напоминает звук бьющихся друг о друга костей скелета» [41].

Деятельность клансменов, как именовали себя члены новорожденного общества, поначалу сводилась к ночным розыгрышам, будоражившим провинциальный Пуласки, чье население не превышало тогда трех тысяч человек. Весельчаки, обряженные в скрывавшие их фигуры и лица маскарадные костюмы (высокие шапки, зрительно увеличивавшие рост их владельцев, белые балахоны и белые маски с отверстиями для глаз, рта и носа) носились верхом на лошадях в окрестностях родного городка, пугая обывателей.

Однако вскоре шутники поняли, что негритянское население округи испытывало при их виде прямо-таки панический страх. Суеверные негры принимали клансменов за призраки погибших солдат-конфедератов — и уже тише вели себя днем там, где клановцы появлялись ночами. Сметливые участники розыгрыша извлекли из этого суеверия практическую пользу. На смену их бесцельным скачкам вскоре пришли целевые «профилактические» поездки. Так, весной 1866 года «великолепная семерка» ворвалась в хижину одного жившего в Пуласки негра, который пытался ухаживать за приехавшей с Севера белой учительницей городской школы. Клановцы вывезли побелевшего от страха темнокожего кавалера за город, сделали ему внушение об опасности для него встреч с белыми женщинами и бросили в реку. Выбравшись на берег, несчастный негр, имени которого, в отличие от имен его «воспитателей» история не сохранила, поспешил покинуть город.

После этой истории группы Клана, нацеленные на «обуздание распоясавшихся негров», стали стихийно возникать в других городах Теннесси, а затем и в соседних южных штатах Алабама и Миссисипи. Именно в то время важным элементом экипировки каждого клансмена сделался свисток для подачи команд на манер принятых в кавалерии Южной Конфедерации сигналов боевого горна. Тогда же у куклуксклановцев появился свой «тайный язык», лексика которого возникла путем подстановки в слова, часто употреблявшиеся членами Клана, вместо первых согласных буквосочетания «кл» (начальные буквы слова «клан»). Так, таверны, бывшие их излюбленными местами сбора, превратились в «клаверны», а сами всадники-кавалеры в белых балахонах начали гордо именовать себя «клавал ерами».

К лету 1866 года движение Ку-клукс-клана приняло нешуточный оборот. Патрули остававшейся на Юге армии Севера, которую сами южане считали оккупационной, засели в ночные засады и принялись отстреливать клановцев как «нарушителей общественного порядка». «Клавалеры» недолго оставались в долгу. Благо, еще в Гражданскую войну по обе стороны фронтов был налажен массовый выпуск недорогих, но эффективных моделей американской «стрелковки» — карабинов Шарпса и Спенсера, револьверов Кольта, Смита-Вессона и примкнувшего к ним Ремингтона.

Перейти на страницу:

Все книги серии Досье

Смерть в рассрочку
Смерть в рассрочку

До сих пор наше общество волнует трагическая судьба известной киноактрисы Зои Федоровой и знаменитой певицы, исполнительницы русских народных песен Лидии Руслановой, великого режиссера Всеволода Мейерхольда, мастера журналистики Михаила Кольцова. Все они стали жертвами «великой чистки», развязанной Сталиным и его подручными в конце 30-х годов. Как это случилось? Как действовал механизм кровавого террора? Какие исполнители стояли у его рычагов? Ответы на эти вопросы можно найти в предлагаемой книге.Источник: http://www.infanata.org/society/history/1146123805-sopelnyak-b-smert-v-rassrochku.html

Борис Николаевич Сопельняк , Сергей Васильевич Скрипник , Татьяна Викторовна Моспан , Татьяна Моспан

Детективы / Криминальный детектив / Политический детектив / Публицистика / Политика / Проза / Историческая проза / Прочие Детективы / Образование и наука

Похожие книги

Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
Сталин - тайные страницы из жизни вождя народов
Сталин - тайные страницы из жизни вождя народов

Литературно-художественное издание Новая книга О. Грейгъ написана в присущем автору стиле, когда всем привычная реальность является лишь ложной памятью, насильно навязанной нескольким поколениям советских людей. Проведя читателя над бездной исторической лжи, Ольга Грейгъ написала подлинный портрет Вождя всех времен и народов. Мы пройдем с Иосифом Сталиным весь его жизненный путь — от стен духовной семинарии до стен Московского Кремля, увидим Сталина-семьянина и Сталина-политика, жестокого и беспощадного к врагам. Автор исследует самые тайные страницы жизни Вождя и подарит читателю подлинное знание о том, как работали скрытые пружины основных событий XX века и, самое главное — чья рука их заводила. Поистине, верно сказано, что нет ничего тайного, что не стало бы явным.

Ольга Грейгъ , Ольга Ивановна Грейгъ

Публицистика / История / Образование и наука
История и память
История и память

Жак Ле Гофф - один из наиболее известных французских историков-медиевистов, представитель школы «Анналов». Целый ряд его фундаментальных трудов был переведен на русский язык. Четыре опубликованных в настоящем издании текста («История», «Память», «Древность/современность», «Прошлое/настоящее»), которые составили настоящую книгу, представляют собой некое единое размышление об истории. Автор стремится в них раскрыть содержание труда историка, с позиции философии истории показать, как в определенных кругах и в отдельные эпохи происходила ее концептуализация и идеологизация. В этой книге представлены одновременно история исторической мысли и ее теория, а также дается очерк методологии истории, рассмотренной сквозь призму нескольких ключевых понятий. Этой книгой Жак Ле Гофф старался помочь историкам и читателям лучше понять смысл работы, осуществляемой историей, лучше осознать самое историю.

Жак Ле Гофф

Публицистика