— Я не мерзну. — отвечает Тайра и Сокранос стискивает зубы. Вот на кого угодно Тайра походить может, но уж не на наложницу. Уж больно свободно она себя ведет, нет у нее почтения перед дворянами или старшими. Скорее на принцессу она похожа, а не на наложницу, если только принцессу из диких краев, где вот в таких тряпочках ходить прилично, слава богу хоть уговорил он ее грудь прикрыть, а то скандала не миновать.
— Что такое некромант? — задает вопрос Тайра. В зал торопливо вбегает дворовая девка с одеждой и с поклоном передает ее Тайре, становится рядом — ждет, хочет ее сопроводить в комнату, дабы переодеть, но Тайра смотрит на барона, ожидая ответа.
— Некромант? О, на этот счет есть разногласия в научной среде. — откидывается на спинку своего деревянного резного стула барон: — Некоторые считают, что некромант сиречь маг, только маг темный и в волшбе своей использующий эманации чистого зла и горя. Другие же полагают, что это вовсе не магия, потому что магия дарована нам Богом-Императором, а все остальное — от Врага Человечества. То есть, с их точки зрения, некроманты — это жалкие создания, заключившие сделку с Врагом Человечества и исполняющие его волю. Ты ступай, дорогая, переоденься, а я тебе потом все и расскажу подробнее…
— Не беспокойтесь. — пожимает плечами Тайра: — Можете говорить, мне много времени не требуется. — она легко скидывает с себя тряпочки, прикрывающие ее фигуру и принимается переодеваться, ни капельки не смущаясь.
— Ээ… — выдавливает из себя барон, не сводя взгляда с Тайры, которая натягивает на себя платье: — эээ…. Так о чем это я?
— Без понятия, милорд. — отвечает сержант, который промахнулся кубком мимо рта и пролил вино на рубаху. Темное пятно расплывается по ткани, но он не обращает внимания, он хлопает глазами, глядя как Тайра заканчивает натягивать платье и встряхивает волосами, убирая их назад.
— Вот и все. — говорит Тайра и садится за стол: — Так что там насчет некроманта, барон?
— А ты шалунья, — наконец приходит в себя барон и трясет головой: — нельзя такое со стариком проделывать. А ну как у меня сердце отказало бы от такого вот зрелища? Наследника-то у меня до сих пор нет, одних девок моя Люсиль рожала, царство ей небесное.
— Клянусь Святым Бенедиктом, вот это сиськи. — говорит сержант: — Вы словно картинка, миледи. Вас надо на флаге рисовать и любой мужчина за этим флагом на край света пойдет.
— Завидовать нехорошо, но мы все тут завидуем вам, виконт. Вы не думали о том, чтобы уступить контракт? Заплачу очень хорошо. Я человек не бедный, могу себе позволить. Что скажете? — прищуривается барон, не отводя взгляд от Тайры.
— Что? Нет, к сожалению, я… привязан к своей наложнице по сентиментальным соображениям, — быстро отвечает Сокранос: — она мне очень близка.
— Так ты тогда скажи ей, чтобы так не делала, а то у нас в пограничье народ лихой, а баб на всех не хватает. — бурчит сержант, вытирая вино с рубахи и добившись только того, что пятно становится больше: — Не посмотрят, что ты виконт, дадут по башке и все тут. А бабу твою продадут, в Западном Мо за нее целое состояние выручить можно.
— Ладно. Хочешь знать про некроманта, девица? — хмурится барон: — Некроманты вообще твари страшные и ежели упустить кого, да дать ему возможность армию на погостах деревенских набрать, то и справиться с ним невозможно без Светлого Слова, да инквизиции. Кабы не это, то давно они всю Империю захватили бы, да правили как у себя дома.
— Милорд… — начинает было сержант, но барон перебивает его, хлопнув ладонью по столу.
— Так и есть! Нежить ни стрелой, ни копьем не взять. Ей только голову рубить или череп дробить шестопером. Заклинания… опять-таки горит она плохо и… где у нас Магнус? Магнус⁈ Опять этот бездельник… эй, кликните Магнуса в залу! Чего это он сидит у себя, когда гости в замке? Вот пусть и скажет, как горит нежить! В прошлый раз он сколько огненных шаров в мертвяков запустил?
— Но ловчие ямы неплохо себя показали. — ворчит сержант: — Те, что с кольями.
— Колья твои опять… войну кольями не выиграешь! — ревет барон.
— Грамотно расположенные ловушки могут лишить врага преимущества! — вскакивает на ноги сержант и некоторое время они вдвоем смотрят друг на друга налитыми кровью глазами.
— Ладно. — говорит барон и тяжело опускается на стул: — Ладно. Ловушки, колья… ладно. А то, что каждый твой павший товарищ в бою — войско некроманта пополняет? А?
— Пся крев. — глухо ругается сержант, в свою очередь опускаясь на стул: — Это нечестно и подло. Не по-человечески это.
— Будешь мне говорить, — вздыхает барон: — честные битвы и их искусство ушло в прошлое. Вот как только магия в этот мир пришла, слава Богу-Императору, так и все. Теперь войны совсем по-другому ведутся.
— Оживлять павших, — говорит Тайра: — а где такому учат?
— Что? — барон хватается за свое необъятное брюхо и глухо хохочет: — Что ты спросила, дорогая? Никак выучиться на некроманта хочешь?
— У меня умерло несколько моих близких людей, — объясняет Тайра, к ужасу Сокраноса: — я бы хотела их оживить. Восстановить. Хорошо, что это возможно.