Бобик носился по периметру, постамента пытаясь лапой достать незваных гостей, но жизненное пространство у него видать ограниченное, и в бессильной злобе он продолжал носиться перед пигмеем не в состоянии достать, ни его самого, ни его сопровождающих. Я приблизился к ним шагов на десять, вдруг пигмей что-то закричал, высоко задрав руки над головой и в тот же миг от постамента в его сторону потекла ручьём серебристая инстанция, осязаемая и видимая, от наслаждения ушастый запрокинул голову назад и выгнулся всем телом.
Бобик закричал, и я его услышал – А-а-а-а-а – громкий дикий крик боли, заглушивший даже рёв водопада. Быстро вскинув руку, направив кубик отверстием в пигмея, нажал спуск. Огненный шар вылетел из отверстия, и набирая скорость врезался в свечение, что образовалось вокруг маленького колдуна.
Взрывом меня отбросило назад шагов на пять, обдав горячим воздухом. Кулон на животе раскалился и жёг кожу, видно это он обеспечил мне более-менее мягкую посадку и защиту от жара. Пигмей и стоящий слева от него великан подались от взрыва вперёд как раз на столько, чтобы попасть в ласковые лапы собачки. Гигант ещё пытался трепыхаться, оказывая сопротивление, а пигмей уже валялся на каменной плите поломанной куклой.
Сил у меня после применения своего оружия практически не осталось, я так и сидел на заднице безучастным наблюдателем, следя за перипетиями сюжета ночного боевика. Через пару мгновений всё было кончено, голова великана, сделав замысловатый кувырок, рухнула где-то в кустах.
Пора вставать, да глянуть, что там с собачкой. Разлитая субстанция медленно втягивалась обратно в основание постамента. Медленно поднявшись, сделал тройку шагов в направлении памятника, вдруг отчетливо услышал в голове предостерегающий возглас, повертев головой по сторонам, с ужасом увидел поднимающуюся гигантскую фигуру.
Вся левая сторона лица у ублюдка была сожжена, представляя собой сплошную корку запечённого мяса, от кожаного плаща шёл дым, в руке эта сволочь сжимала клинок. Бобик сделал отчаянный бросок в сторону великана, но невидимая граница безжалостно отбросила его назад, сделав пару кувырков через голову, моя собачка растянулась на плите. Гад медленно приближался, а у меня начиналась паника, даже про метательные ножи забыл, информацию о трости как будто отключили в голове.
Вид надвигающейся фигуры застилал всё пространство передо мной, выкинув руку вперёд, ничего не соображая, повторно нажал на кнопку спуска.
Что там дальше произошло, мне было всё равно, меня качало, я еле стоял на ногах, в глазах темно, пахнуло жаром, и я снова в полёте, неясный красный свет, скулёж в ушах.
Влетел в кусты, проломив собой неплохую просеку, отлежался минут десять, сознание не терял – просто воспринималось всё, что происходило со мной отстранённо, немного заторможено. Попробовал пошевелиться, получилось перевернулся на живот, встал на четвереньки, потом еле встав на ноги и шатаясь в разные стороны поплёлся на свет как тот мотылёк. Шел, долго запинаясь и временами останавливаясь. Впереди отчётливо виднелся постамент, излучающий красивое ярко красное свечение.
Предостерегающий крик в голове раздался слишком поздно, ища опору, чтобы устоять на ногах я двумя руками схватился за камни основания каменной плиты, оставляя кровавые следы на нём, и тут меня прошило током. Непонятная субстанция метнулась ко мне, прорывая защитный купол по кровавому следу, я закричал…