— Насть, вот ты где? — Аня тайфуном влетела на кухню. — Наконец-то я тебя нашла! Там гости просят тебя спеть. Что-то случилось…? — подруга заметила перемену в моем настроении. Конечно, она понимала, в чем дело, но вслух говорить не стала — не то время и не то место. Чуть позже, оставшись наедине, мы с ней обязательно обсудим и Андрея, и его белобрысую спутницу, и мои чувства. Но не сейчас. Сейчас я спою.
Да, это самое лучшее, что я могу сейчас сделать. Мне нужно увидеть эмоции Андрея, когда он услышит песню, которая написана специально для него.
— Хорошо, только мне нужна гитара…
— Есть кое-что получше. Караоке и твой последний альбом. Вуаля! — сказала Аня, беря меня за руку и ведя к гостям. — Я твоя самая большая фанатка!
Гости замерли. Казалось, даже частицы кислорода в воздухе замерли. Я видела перед собой только микрофон на стойке, слышала только музыку. Страшно. Больно. Я хочу, чтобы Андрей это понял. Он должен понять… Он знает меня лучше, чем кто-либо…
Я нашла глазами Андрея. Его руку крепко держала… да, эта блондинка — его любовница. Врядли они просто за ручки держатся — как-никак, им не по пять лет, люди взрослые. И за закрытой дверью спальни занимаются взрослыми делами. Андрей ей позволил положить голову на свое плечо, так же, как когда-то позволял мне… Как же больно… и несмотря на то, что блондинка, похоже, не собиралась отпускать его руку, Андрей неотрывно смотрел на меня. Я попыталась прочесть в его взгляде, понял ли он, для кого я сейчас пела, но он сидел слишком далеко.
Как и всегда делала на сцене, так и сейчас я поклонилась и быстро ушла в дом, несмотря на сыпавшиеся со всех сторон просьбы спеть что-то еще. Аня пыталась объяснить гостям придуманную причину моей простуды, что мне трудно не только петь, но и говорить. А мне было все равно. Я спела то, о чем должна была сказать напрямую, размахивая свидетельством о рождении. Понял ли хоть кто-то, что от первого до последнего слова в этой песне — правда…? Понял ли это ОН….?
— Настя, хотите вина? Замечательное белое полусладкое вино. Уверен, что вы оцените вкус, — ко мне подошел незнакомый парень и протянул бокал. Я чувствовала, что мне нужно расслабиться, и осушила его, несмотря на неприязнь к спиртному.
— Да, действительно, вкус необыкновенный, — соврала я. Вкуса я не почувствовала.
— Настя, вы прекрасно поете. Кстати, Максим, — представился парень и протянул руку, которую я после короткого раздумья пожала. — Я являюсь вашим самым преданным поклонником.
Максим явно флиртовал, а мне сейчас как раз нужно было отвлечься. Как всегда это делал Андрей. Отомстить назло…? Кому нужна месть? Уж явно не Андрею — он вон как занят сейчас обществом своей спутницы. А мне так тем более. Нужно думать об Алешке.
Следующая половина вечера прошла в компании Максима. Достаточно приятная беседа… о чем? Я не помню. Я ничего не помню из того, что говорил мне мой новый знакомый. Но домой меня он увез сравнительно быстро — мои планы не подразумевали посиделки до утра, тем более я обещала родителям и сыну вернуться пораньше. И когда Максим предложил меня подвести, я с благодарностью согласилась.
Аня позвонила мне на следующее утро. После каждого сказанного ею слова в трубке слышался отчаянный стон.
— Привет, Настя… Ой, как же мне плохо…
— Что случилось? — спросила из вежливости, не напоминая о том, что сегодняшнее «плохо» последствия Анькиного «хорошо» вчера.
— Голова болит… Похмелье… Ты же знаешь, как на меня алкоголь действует… Ой…
— Обмотай голову холодным полотенцем и выпей аспирин, — посоветовала я, не переживая за подругу. Похмелье — это не смертельно.