В тот же день Леша ушел из жизни. Он боялся стать убийцей и не хотел провести остаток жизни в палате для буйно-помешанных. Возможно, для него это был лучший выход, и все же Женя не могла отделаться от чувства вины. Впрочем, Олегу совершенно незачем было знать подробности.
Огромный щит на дороге возвещал о том, что неподалеку располагается торговый центр.
– Давай свернем, выпьем кофе. Я сегодня почти не спала и смертельно устала. А заодно купим какой-нибудь еды, – предложила Женя, оборвав неприятный разговор.
Не дожидаясь согласия Олега, она свернула на стоянку.
Олег молча прикинул свои финансовые возможности. Женя была ему явно не по карману. Конечно, он мог ей сказать об этом прямо. В конце концов, она не его девушка и никогда ею не будет, и все же его мужское достоинство было уязвлено тем, что она смотрела на него свысока.
Припарковав машину, они поднялись на верхний этаж, где размещались кафе и ресторанчики на любой вкус.
– Хочешь есть? – спросила Женя.
– Нет, я завтракал, – поспешно отказался Олег.
– Значит, только кофе. Я с утра почти никогда не ем.
Олег вздохнул с облегчением. Такую трату он мог себе позволить.
Они подошли к стойке, где готовили кофе. Сильный кофейный аромат смешивался с пряными кондитерскими запахами.
– Два двойных экспрессо, – попросила Женя, не глядя на цены в меню.
Она полезла за кошельком, но Олег опередил ее, протянув деньги девушке за стойкой.
– Зачем? Я бы заплатила, – сказала Женя.
– Я могу угостить девушку кофе. Или ты меня вообще за парня не считаешь? Тебе сколько сахара?
– Я пью без сахара.
– Тогда я на тебя не беру.
Он взял сахар, подхватил чашки и направился к столику. Кофе был настоящий, с густой пенкой, а не растворимая бурда из пакетика.
Женя посмотрела на Олега с любопытством.
– А ты с гонором. Что, рыцари не перевелись? А я думала, мир окончательно скатился в юнисекс.
Олег усмехнулся. Находясь рядом с Женей, было трудно чувствовать себя бесполым существом.
– Только не говори, что у тебя нет поклонников, – сказал он.
– Представь себе, я кошка, которая гуляет сама по себе.
– Такие кошки сами не гуляют, – скептически произнес Олег.
– Это что, комплимент? Может, ты решил за мной приударить? – подначила его Женя.
– Нужна ты мне, язва.
– Вот видишь, тебе я не нужна. А ты думаешь, другие глупее? Я ни с кем больше двух-трех раз не встречаюсь. Все сбегают.
– Да ладно тебе врать.
– Честно. Любителей флиртануть, которые считают, что любая девчонка при виде них из трусиков выпрыгнет, я сразу обламываю.
– Не все же такие, – возразил Олег.
– Есть еще медузы. Скажешь: упал, отжался, он упадет и отожмется. И тут дело времени, кому из нас это раньше опротивеет. Только у классиков красиво звучит: «Вода и камень, лед и пламень». В жизни такое не катит. А у тебя есть девчонка?
– Нет, – сказал Олег и с горечью добавил: – Я ей не нужен. Увидела, что я торгую газетами, постеснялась «здрассте» сказать.
Олег удивился, что упомянул об этом позорном эпизоде. Впрочем, от Жени ему было нечего скрывать. Они оказались случайными попутчиками в экспрессе под названием жизнь, поэтому откровенничать было легко.
– Ты хотел бы ее вернуть? – спросила Женя.
– Нет, – помотал головой Олег и спросил: – Слышь, а зачем мы едем к тебе на дачу?
– Дядя пригрозил, что если я не верну ему диск, он упечет тебя в клинику. Он откуда-то узнал, что ты запускал программу.
– А что, после программы человека надо сажать в психушку? – насторожился Олег.
– Нет. Якобы он хочет тебя обследовать.
– Может, так даже лучше. Он ведь врач.
– Ты не понимаешь. Это всего лишь предлог, чтобы выманить у меня диск.
– А почему ты не хочешь его отдать? Тебе ведь он как рыбке зонтик. Или твой отец хранил программу в тайне? Но как тогда она попала к твоему дяде?
– Он был папиным ассистентом, – нехотя призналась Женя.
– Ну ты даешь! Чего же мы от него прячемся?
– Потому что он псих, а не врач. Когда отец погиб, он стал проводить в клинике опыты на людях.
Женя хотела добавить, что из-за этого двое ее друзей сошли с ума, но прикусила язык. Она не знала, насколько чудовищная программа повлияла на психику Олега, но в любом случае он не был сторонним наблюдателем. Говорить ему о сумасшествии Леши и Макса было так же неуместно, как о смерти у постели тяжело больного.
– Скорее я разломаю этот проклятый диск на кусочки, чем он его получит! – в запальчивости воскликнула девушка.
Пара, сидящая за соседним столиком, оглянулась. Женя отодвинула пустую чашку и поднялась из-за стола.
– Пойдем. Нам надо еще купить еды.
Ребристый пол эскалатора плавно стекал на первый этаж, где располагался супермаркет.