Шею сдавило как тисками. Она не могла дышать. Перед глазами все потемнело. Стелла запаниковала. В попытке освободиться она подняла статуэтку Майтреи, которую держала в руках, и ударила ею обидчика изо всех сил. Послышался хрустящий чавкающий звук. Мужчина завопил и ослабил хватку. По щеке Стеллы потекла теплая кровь. Стелла повернулась. Левый глаз убийцы превратился в сплошное кровавое месиво; видно было белую глазницу. Мужчина с воплями упал вниз с веранды, окрашивая снег в красный цвет. Стелла смотрела на него как загипнотизированная. Что делает здесь полиция? Она достала пистолет из-под трусов. Ведь еще не время. Краем глаза она заметила движение и развернулась. Мужчина бежал по веранде с пистолетом в руках; дуло было нацелено на нее. Прежде чем Стелла успела пригнуться или поднять руку с пистолетом, раздался выстрел, и мужчина рухнул на землю лицом вперед. Человек в черной форме, шлеме и защитном жилете подбежал к ней. Полиция. Рукой в плотной перчатке он забрал у нее пистолет и всмотрелся в лицо через защитные очки.
– Стелла Роден?
Она кивнула, не в силах отвести взгляд от мужчины на снегу. Он перестал кричать и лежал неподвижно. Снег вокруг уже подтаял от крови. И единственное, что Стелла испытывала в эту секунду – к своему ужасу – это удовлетворение от того, что ей удалось отомстить.
– Вы в порядке? – спросил полицейский, четко выговаривая слова. Стелла заставила себя вернуться в реальность. Вокруг царил хаос. Полицейские в черной униформе окружили напуганных гостей.
– Да, я в порядке.
Он кивнул и побежал помогать коллегам. Стелла осталась на веранде ждать, пока закончится первая фаза операции. Она смотрела, как «Скорая» увозила тело убийцы. Тот был мертв. Она убила его. Когда крики успокоились, Стелла вошла внутрь, не снимая пледа. К ней подошел высокий полицейский в черном.
– Вы нашли тело Али? – спросила она.
– Да.
– Хорошо. Вот он у них главный, – Стелла показала на мужчину с темными глазами. – Его зовут Маркус Фром. А еще вам надо поговорить вон с тем и этими двумя, – она показала на тех, кто был замешан в преступлении. – Это мобильный Али, – она протянула мужчине телефон; рука ее дрожала. Она поняла, что больше не может сдерживаться, что сейчас с ней случится истерика и горе и скорбь вырвутся наружу.
– Я ухожу! – сказала она.
– Но…
– Остальные вопросы можете задать завтра утром. Я вам не нужна. У Карла есть все улики.
– Хорошо.
Стелла вышла в холл, забрала пальто и спустилась по песчаной дорожке маленькими осторожными шажками. Свечи погасли. Небо серело. Ее знобило. Шея болела. Перейдя дорогу, Стелла вышла на прогулочную дорожку вдоль пляжа. Посмотрела на гладкий лед в шхерах. С помощью телефона послала сообщение по электронной почте, а потом позвонила Карлу. Голос у него был нервный.
– Привет, Стелла… я…
– У тебя в ящике мое прошение об отставке.
– Какого черта? Ты не так все поняла.
– Ты солгал мне. Не сказал, насколько это опасно. Вынудил меня впутать в это дело семью. Ты не доверял мне и прислал полицию раньше времени. Это твоя вина, что мне пришлось его убить.
– Успокойся и перестань меня обвинять.
– Я абсолютно спокойна. С меня хватит тебя и всей вашей некомпетентной шведской полиции. Не хочу больше иметь с вами ничего общего.
– И что будешь делать? Вернешься к папочке? – разозлился Карл.
– Тебя это не касается.
Стелла отключилась, сунула телефон в карман куртки и двинулась дальше вдоль пляжа. В пригороде было тихо и безлюдно. Небо постепенно меняло цвет – от серого к индиго и потом к лиловому. Стелла плакала, пока мех на воротнике не заледенел от слез. Плакала, пока не кончились слезы. Ледяная Майтрея лежала в кармане, одновременно утешая и обвиняя.