– Возражение принято, – сказал император.
– Во Вселенной есть только одно солнце, – сказал Дом.
Все повернулись к нему и смотрели, как он с усилием приводит в порядок мысли.
– Все очень просто, – сказал он и растерянно оглядел недоуменные лица вокруг. – Звезд много, но настоящее солнце – это разумная жизнь.
Ответ был дразняще близок. Дом смотрел сквозь собравшихся и за пределы комнаты в космополитичную Вселенную пятидесяти двух известных рас, а в ней, как желток в яйце, притаилась планета Шутников на темной стороне солнца.
Он спросил себя, не вкладывают ли в его голову эти знания, но, подумав, решил, что нет. Он мог предоставить слишком ясную цепь логических доказательств. Пробелы заполнялись, неувязанные концы аккуратно подвязывались, совсем как в выверенном математическом уравнении.
Все последние дни Дом считал, что его отец пошел на смерть с полным сознанием того, что делает, как и пристало хорошему вероятностному математику. Но его отец пошел также к…
Он услышал шипение чего-то испаряющегося. Рядом с ним кто-то сказал:
– Вот это действительно плохо. В дверях стоял некто.
Подув на ствол своего молекулярного дезинтегратора, Уэйс сделал еще несколько шагов в комнату.
– Добрый вечер, ваше величество, добрый вечер, благородное собрание. Обычно на данной стадии кто-нибудь пылко призывает охрану или стражу.
Стены исчезли. Три охранника выстрелили в Уэйса одновременно и растворились в клубах световой пыли.
– Молекулярный дезинтегратор работает на основе небольшого матричного двигателя, который при крайне редких обстоятельствах способен перекрывать разряд и изменять направление поля на противоположное, – сказал Уэйс. – Полагаю, именно это сейчас и произошло.
Первым пришел в себя император. Налив еще вина, он протянул бокал Уэйсу и скупо улыбнулся.
– Не соблаговолите ли объяснить, как вы сюда проникли? – сказал он. – Мне придется реорганизовать нашу систему сигнализации.
– Конечно. Я посадил мой корабль на террасе. Полагаю, большинство ваших сенсоров не сработало.
– Вам повезло, – мягко сказал Птармиган.
– Меня так сконструировали. Скажу больше, это вы меня сделали.
– Ах да. Удача как электронная способность. Помню, я сам наблюдал за составлением чертежей. Какая жалость, что нам не пришло в голову встроить какой-нибудь рычажок, ее выключающий.
– Он бы не сработал, – сказал Уэйс. – Но хватит этой болтовни. Как я могу убить Дома Сабалоса, ведь он неуязвим? Урони я на его голову камень, броуновское движение сбило бы его с обычной траектории.
Шарли замахнулась своим мечом. Сверкнув, клинок нацелился Уэйсу в грудь и смялся, точно станиоль. Девочка уставилась на него так, будто не верила своим глазам.
– Не расстраивайся, – утешил ее робот. – По статистике, такое может случиться с каждым. Прошу прощения.
Вытащив самый простой стандартный пистолет наемного убийцы официальной модели «Объединенных Шпионов», он снова выстрелил в Дома.
Остановившись в воздухе, пуля расплавилась.
По мирозданию пробежала легкая дрожь.
– Молекулярное сопротивление, – пробормотал Уэйс. – Проклятье.
Сев на циновку, он поднял бокал для тоста. Потом, улыбнувшись, обвел собравшихся дезинтегратором.
– Там, наверху, наверное, еще сотня кораблей, – сказал он. – Фнобов, дросков, креапов, ложечников, стручков. Все следят за вашим дворцом и друг за другом. Сколько планет в этой системе, ваше величество?
– Поскольку Первый Сириусный Банк покинул свою орбиту и исчез в межпространстве, полагаю, их всего шесть, – ответил Птармиган.
– Верно. В настоящее время Банк находится на орбите в сорока миллионах милях за… как называется ваша самая удаленная планета?
– Форпост, – сказал Тарли.
– Поэтому, как видите, все питают живейший интерес к тому, что сделает Дом в ближайшие несколько дней. И я тоже. Были предприняты определенные меры, ряд договоров отменен. Мы отправляемся на планету Шутников все вместе. – Взмахом дезинтегратора он велел всем молчать. – Мы с Домом удачливы. Он, как полагают многие, под защитой самих Шутников, а мою удачу гарантирует самый что ни на есть настоящий лаотский силиконовый чип. Однако, боюсь, остальным повезло меньше. Смысл вам понятен? Выражения «похищение» и «заложники» – сущая безвкусица, а потому я не стану их употреблять…
Механическая летучая мышь описала в вышине круг и растворилась в сумерках, когда они толпой вышли на террасу. Здесь действительно стоял корабль Уэйса. Он был настолько мал, что его форма была обусловлена единственным имевшимся на нем матричным двигателем. Кресло пилота и вспомогательное оборудование располагались по переду змеевика, а посадочные приспособления просто приварены к кожуху двигателя. Это было устройство для перемещения в пространстве с минимумом комфорта и максимумом эффективности – и к тому же с очень большой скоростью. Названия у него не было.
Забравшись в кресло, Дом опустил крышку кабины и рассмотрел панель управления. Голос Уэйса, дававшего последние инструкции, был приглушен пластиком.