Я решила, что возможно, что-то сохранилось. Пробравшись внутрь, мне пришлось немного подождать, чтобы глаза привыкли к темноте, и пригнуться, потому что стен почти не было, а крышей этим руинам служили растения, которые скрывали их от чужих глаз. Наконец, когда я начала хоть что-то различать в этой темноте, я осмотрелась. Но ничего. Я ничего не увидела, что могло бы мне хоть как-то помочь. Ничего не осталось. Только пепел. Еще недалеко стояли остатки наполовину сгоревшей кровати. Согнувшись, я решила подойти к кровати поближе, может под ней что-то есть? Но и там я ничего не обнаружила. Возле кровати валялись наполовину сгоревшие, а на вторую половину сгнившие книги. Точно, мне нужна книга! Не знаю откуда, но в моей голове тут же возник образ книги в черном переплете. Нет, не книга, это дневник. Это ее дневник. Осмотревшись, я не нашла ничего похожего. К тому же мои чувства говорили мне, что она ее спрятала где-то снаружи. Выбравшись, я сразу же отправилась туда, куда вела меня интуиция. А она повела меня за дом. Но далеко я не ушла. Позади дома лежал большой камень. Точно, здесь. Я была уверена, что дневник закопан под этим камнем. С большим трудом я сдвинула этот огромный камень с места. Он был такой тяжелый. Я попыталась найти поблизости что-нибудь, чем можно было копать. Но так ничего и не найдя, я принялась копать я руками. Мне очень важно было найти этот дневник. И теперь уже не просто, потому что мне хотелось узнать что-то, что возможно помогло мне разобраться в своих проблемах. Внутри появилось чувство, словно Терия сама хотела найти его, через меня. Она что-то хотела. Она хотела отдать этот дневник ее любимому, если он был еще жив. Надеюсь, его еще никто не находил. Надеюсь, он все еще там, целый и невредимый. Земля была сухой и твердой, было очень сложно копать. Но мне ничего другого не оставалось, поэтому я просто копала и копала.
После долгих пыток, когда под ногтями грязь уже практически въелась, а руки были покрыты царапинами и землей, я, наконец, наткнулась на что-то. Это был прямоугольный твердый предмет, завернутый в какие-то лохмотья. Развернув эти тряпки, моему взору открылась книга в черном кожаном переплете, завязанная черной кожаной веревочкой.
– Да, это он. Это ее дневник. – почему-то произнесла я вслух. Я не стала его открывать. Надо бы руки помыть, не буду же я своими грязными руками лапать его. Она все-таки им видимо очень дорожила, если не стала его сжигать вместе с домом. Ведь она его спрятала. А теперь вдруг передумала и хочет отдать его своему возлюбленному. Что ж, пожалуй, попробую ей помочь. Если он еще жив, не думаю, что он будет против, если я попрошу прочитать ее дневник.
– Амали. – услышав имя, которое мне дали хариты, я поняла, что лучше бы спрятать сокровище, которое я нашла. Быстро завернув дневник обратно в тряпку, я незаметно положила его обратно в яму и слегка присыпала землей. Затем я, как ни в чем не бывало, обернулась навстречу голосу, позвавшему меня.
Передо мной стояла Нефа, кажется так ее звали, а за ней ее верная свора харит, вместе с Дженом. Видимо, он пожаловался ей, что я случайно убила и без того умирающую птичку. Ну вот зачем они за мной ходят? Почему никак не отстанут. Ведь и так понятно, что я уж точно не та самая спасительница, которую они ждут. Мне бы с собой разобраться, а тут они еще лезут со своими проблемами.
– Что вам нужно?
– Теперь я поняла, как ты можешь помочь нам.
– И как же? Убить всех вас, так же как и ту птичку? – я конечно же шутила, но все же отчасти такое желание присутствовало у меня.
– Нет. Твоя сила особенна. Заключается она в том, чтобы забирать энергию. Ты можешь забрать на себя всю эту плохую энергию, которая убивает наш мир. Ведь это души демонов уничтожают все вокруг. Если ты вберешь их в себя, то мы сможем вернуть все к жизни.
– В смысле забрать на себя? В смысле? Но ведь тогда… Я ведь могу сама погибнуть. Нет, я точно погибну, если сделаю это.
– Но ведь именно для этого тебя послали в наш мир, именно поэтому у тебя такая сила. Ты должна пожертвовать собой ради всех остальных.
– Вы что шутите? Я вам должна? Я вам ничего не должна! С какой стати я буду жертвовать собой? Да пусть лучше ваш мир погибнет, чем я буду жертвовать ради вас.
– Но ведь…