Читаем Теория литературы полностью

Это направление было порождено эпохой, когда приобрели силу рационалистические тенденции, отразившиеся в знаменитом высказывании философа Декарта: «Я мыслю, значит я существую». Предпосылки данного направления в разных странах не во всем были одинаковы, но общее заключалось в появлении типа личности, поведение которой должно было согласовываться с требованиями разума, с умением подчинять страсти рассудку во имя нравственных ценностей, диктуемых временем, в данном случае, с общественно-историческими обстоятельствами эпохи укрепления государства и возглавлявшей его тогда королевской власти. «Но эти государственные интересы не вытекают здесь органически из условий жизни героев, не являются их внутренней потребностью, не диктуются их собственными интересами, чувствами и отношениями. Они выступают как норма, которая устанавливается для них кем-то, в сущности художником, который выстраивает поведение своих героев в соответствии со своим чисто рационалистическим пониманием государственного долга» (Волков, 189). В этом обнаруживается соответствующий данному периоду и мироощущению универсализм в толковании человека.

Своеобразие классицизма в самом искусстве и в суждениях его теоретиков проявилось в ориентации на авторитет античности и особенно на «Поэтику» Аристотеля и «Послание к Пизонам» Горация, в поисках своего подхода к соотношению литературы и действительности, правды и идеала, а также в обосновании трех единств в драматургии, в четком разграничении жанров и стилей. Наиболее значительным и авторитетным манифестом классицизма до сих пор считается «Поэтическое искусство» Буало – изысканная дидактическая поэма в четырех «песнях», написанная александрийским стихом, в которой изящно излагаются основные тезисы этого направления.

Из этих тезисов следует обратить особое внимание на следующие: предложение ориентироваться на природу, т. е. действительность, но не грубую, а таящую в себе определенную долю изящества; подчеркивание того, что искусство не должно просто повторять ее, а воплощать в художественные творения, в результате чего «кисть художника являет превращенье // предметов мерзостных в предметы восхищенья». Другой тезис, который предстает в разных вариациях, – это призыв к строгости, стройности, соразмерности в организации произведения, которые предопределяются, во-первых, наличием таланта, то есть способности быть настоящим поэтом («напрасно рифмоплет в художестве стиха достигнуть мнит высот»), а главное, умением четко мыслить и ясно выражать свои идеи («Любите мысль в стихах»; «Учитесь мыслить вы, затем уже писать. Идет за мыслью речь» и т. п.). Этим обусловлено стремление к более или менее четкому разграничению жанров и зависимости стиля от жанра. При этом достаточно тонко определяются такие лирические жанры, как идиллия, ода, сонет, эпиграмма, рондо, мадригал, баллада, сатира. Особое внимание уделяется «эпосу величавому» и драматическим жанрам – трагедии, комедии и водевилю.

В размышлениях Буало присутствуют тонкие наблюдения над интригой, сюжетом, пропорциями в соотношении действия и описательных деталей, а также весьма убедительное обоснование необходимости соблюдения в драматических произведениях единства места и времени, подкрепляемое всепроникающей мыслью о том, что искусность в построении любого произведения зависит от уважения к законам разума: «Что ясно понято, то ясно прозвучит».

Конечно, и в эпоху классицизма не все художники воспринимали буквально декларируемые правила, относясь к ним достаточно творчески, особенно такие, как Корнель, Расин, Мольер, Лафонтен, Мильтон, а также Ломоносов, Княжнин, Сумароков. Кроме того, не все писатели и поэты XVII–XVIII вв. принадлежали к данному направлению – за его пределами оставались многие романисты того времени, тоже оставившие свой след в литературе, но имена их менее известны, чем имена знаменитых драматургов, особенно французских. Причина этого – в несоответствии жанровой сущности романа тем принципам, на которых базировалась доктрина классицизма: интерес к личности, характерный для романа, противоречил представлениям о человеке как носителе гражданского долга, руководствующемся некими высшими принципами и законами разума.

Итак, классицизм как конкретно-историческое явление в каждой из европейских стран имел свои особенности, но практически всюду это направление ассоциировалось с определенным методом, стилем и преобладанием тех или иных жанров.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Структура и смысл: Теория литературы для всех
Структура и смысл: Теория литературы для всех

Игорь Николаевич Сухих (р. 1952) – доктор филологических наук, профессор Санкт-Петербургского университета, писатель, критик. Автор более 500 научных работ по истории русской литературы XIX–XX веков, в том числе монографий «Проблемы поэтики Чехова» (1987, 2007), «Сергей Довлатов: Время, место, судьба» (1996, 2006, 2010), «Книги ХХ века. Русский канон» (2001), «Проза советского века: три судьбы. Бабель. Булгаков. Зощенко» (2012), «Русский канон. Книги ХХ века» (2012), «От… и до…: Этюды о русской словесности» (2015) и др., а также полюбившихся школьникам и учителям учебников по литературе. Книга «Структура и смысл: Теория литературы для всех» стала результатом исследовательского и преподавательского опыта И. Н. Сухих. Ее можно поставить в один ряд с учебными пособиями по введению в литературоведение, но она имеет по крайней мере три существенных отличия. Во-первых, эту книгу интересно читать, а не только учиться по ней; во-вторых, в ней успешно сочетаются теория и практика: в разделе «Иллюстрации» помещены статьи, посвященные частным вопросам литературоведения; а в-третьих, при всей академичности изложения книга адресована самому широкому кругу читателей.В формате pdf А4 сохранен издательский макет, включая именной указатель и предметно-именной указатель.

Игорь Николаевич Сухих

Языкознание, иностранные языки