В этот раз все прошло дольше, и теперь сама Гермиона, немного смущаясь, начала проявлять инициативу. Они целовались и ласкали друг друга, наслаждаясь теплом тел, что согревало и душу. В этот миг не нашлось бы дементора, способного навредить им. Не было таких чар, что смогли бы оторвать их друг от друга.
В ту ночь Джинни Уизли проснулась в спальне Гриффиндора, чувствуя, что произошло нечто непоправимое. С того самого момента, как она узнала, что Рон вернулся домой, она ощущала тревогу, поскольку Гермиона и Гарри остались одни. Вернее, вдвоем.
Рону в его комнате в Норе тоже не спалось. Гнев давно погас в его душе, а вот стыд обжигал похлеще плети. Он чувствовал себя виноватым. А потому, когда из оставленного ему Дамблдором делюминатора вылетел светящийся шар, переместившийся внутрь Рона, он без колебаний аппарировал. Он оказался посреди какого-то леса. Резонно решив, что шар перенес его к Гарри и Гермионе, Уизли принялся их звать, прекрасно понимая, что защитные чары не позволят ему самому найти лагерь. Но сколько Рон ни звал, ответа он так и не услышал.
В ту ночь Волдеморт ощутил странное беспокойство, но очень скоро отбросил дурные мысли прочь и снова сосредоточился на поисках Бузинной палочки.
В ту ночь в маленькой палатке, стоявшей посреди заснеженного леса, зародилась новая жизнь.