— Надоело? Не знаю, может быть, отчасти. Но знаешь, каждый раз можно увидеть
что-нибудь новое. Порой это так увлекательно, а порой столь раздражительно. Знаешь, что
мне надоело? Инженер. Он считает себя невесть кем только потому, что осуществляет
техническую часть, — констатировал Эрик.
— Он-то да, но что с него взять, он как машина, как будто просто запрограммирован
на что-то. Хотя он ведь и есть запрограммированный, по сути, ресоциализация сделала свое
дело.
— Понимаю. А тебе они скоро?
— Не знаю. Наверное, да. Это больно? — спросил Фенрис.
— Не очень. Практически ничего не чувствуешь. Хотя так было у меня, как оно
проходит у других, я не представляю. Слышал историю, уже даже не помню от кого, что
инженер, когда с ним это сделали орал без конца, просил остановить. А потом все
закончилось, и вот он стал таким.
— Не хочу быть таким, как он, — с грустью произнес Фенрис.
— Никто не хочет, но кто-то же должен, — заметил Эрик.
— Я еще ничего не решил, может, я откажусь. Так оно, наверное, безопаснее будет,
ты не находишь?
— Конечно, безопасней, но в таком случае нам с тобой больше не работать вместе.
— Может, это все и совершенно неважно, скоро жаркая ловушка захлопнется и все
на этом кончится.
— Может, и так.
Фенрис и Эрик опрокинули первую кружку.
— А ты как думаешь, что тут с нами станется, если ничего не получится? — задал
вопрос Фенрис.
— Да ничего. Просто испаримся. Не знаю. Можно, конечно, уйти куда-нибудь под
землю, но плохо представляю, как это все будет выглядеть.
— Предшествующие поколения не понимали, куда их все это заведет. Что, им сложно
было не превращать планету в мусорное ведро? Все же знали, что оно так может
закончиться, — сожалением произнес Фенрис.
— Знаешь, по-моему, глупо было ожидать, чего-то иного.
— А решение проблемы? Каково было решение? Не снизить выбросы, конечно, нет.
Построили огромную морозилку, чтобы поддерживать температуру.
— Которая сломалась. Цивилизация оказалась такой хрупкой. Да и более того, никто
не сделал кораблей для эвакуации на экстренный случай, — сказал Эрик.
— Так и живем. Выпьем.
Эрик и Фенрис осушили по второй кружке.
— Я уже не уверен, смогу ли найти схему, — заметил слегка пьяный Эрик.
— Постарайся справиться и найти ее, — ответил ему Фенрис.
— Сделаю, что смогу, но тут уж может выйти все что угодно. Но если схема где-то
там есть в прошлом, я найду ее. Не сомневайся.
— Странное место. Почему оно тебе так нравится? — после некоторой паузы
продолжил Фенрис.
— Просто нравится. У некоторых вещей нет ни причин, ни объяснений. Что-то
просто есть. И это следует просто принять.
— Тут мрачно, по мне так. Разве что скелетов по углам наставить, и совсем
атмосферно, — с долей юмора произнес Фенрис.
— Не преувеличивай. Ладно. Давай таблетку, мне уже пора.
Фенрис протянул Эрику таблетку от похмелья. Они вдвоем съели. Почти сразу
признаки опьянения начали проходить, сопровождаясь сильным головокружением.
Буквально спустя три минуты Эрик чувствовал себя достаточно трезвым и способным
продолжать день. Вскоре Фенрис и Эрик распрощались, Фенрис отправился обратно, а Эрик
направился к Сильверу.
Эрик шел медленно, погруженный в мысли, которые, как ни старался, не мог
отогнать. Выйдя на улицу, он ощутил дыхание ветра и едва терпимый жар. Температура
продолжала расти, только за последнюю неделю средняя температура на планете возросла
на 10 градусов, и никакого оптимизма данная ситуация не внушала. В поле зрения Эрика
попадали как люди, так и роботы. И несмотря на то, что робототехника еще не дошла
до своего предела, все же большую часть работы на планете выполняли именно роботы.
Низкокачественную работу, где требовалась сила, например, что-то поднять или перевести,
выполняли только роботы. Переход к автоматизированности работ освободил большое
количество времени для человечества. Общественное сознание изменилось. Люди большей
частью, потеряв необходимость заботиться о себе, сконцентрировались на получении
удовольствия. Земля стала одной большой фабрикой развлечений, в которую было вовлечено
больше 80 процентов населения. В течение нескольких поколений наблюдалось падение
рождаемости, разрушение традиционных семей. Число жителей Земли падало с огромной
скоростью и старело. Очень быстро оно сократилось до 1 млрд. И продолжало очень быстро
уменьшаться.
В последнее время людей на улицах стало все меньше. Значительный рост
температуры привел к тому, что большинство людей не решились выходить за пределы
своих домов. Эрик шел в командный центр, большое высокое здание, как ни удивительно,
в готическом стиле, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Проходя через перегретые
улицы, он шаг за шагом ощущал, что ему становится все хуже. Прежде чем зайти
к Сильверу, Эрик решил неожиданно навестить Маргариту, бывшую жену. Это желание