…«Спасибо, что выполнила мою просьбу и повторно отправила письмо почти четырехмесячной давности. Наконец-то я его прочел. Но ответить сразу не смог, и не потому, что была поздняя ночь, не было времени. Все это ерунда. Тяжело признавать ошибки, но еще тяжелее признать свое полное поражение. Как говорил когда-то Павка Корчагин, стало безумно жаль бесцельно прожитые годы! Мне уже за сорок, а я только сейчас начинаю умнеть.
После того как отвез тебя в аэропорт, вернулся домой и объявил новость Саше с Олегом. Можешь себе представить, что творилось! Наше с тобой состояние ничто по сравнению с той бурей восторга, отголоски которой и спустя почти сутки витают между этажами…
Вчера же позвонил Дербеневым, они всем семейством в Крыму. Вера с Ванечкой в санатории, а Николай с Машей прилетели их навестить. Обещали весь вечер пить за наше здоровье. Сейчас собираемся с Олегом к Виктору с Леной. Клятвенно обещаю, что сообщу им все прямо с порога… Если успею, конечно, и сын не опередит. У меня такое предчувствие, что завтра о грядущей свадьбе и о том, что теперь у него будет законная сестра, узнает вся гимназия! А круги по воде, сама знаешь, как быстро расходятся.
Скучаю и ловлю себя на мысли, что, как последний дурак, хожу и постоянно чему-то улыбаюсь. Нечто подобное было лишь однажды, когда Олег родился. А ведь как все просто оказалось! Решил, сказал, что хотел, и сразу началась новая жизнь. И надо было так долго сопротивляться?
Все, мы поехали. Целую крепко, так как умею. Костя.
Р. S. Отдохни, как следует, и не забудь навестить доктора. Помни, что нашим детям нужна здоровая мама…».
Анна дочитала письмо, вывела его на принтер и, прижав к груди поднялась на второй этаж. Третий час ночи, а сна ни в одном глазу. Вот что значит сбить внутренние часы! Организм категорически отказывался перестраиваться. «Надо набросать подробный план что предстоит сделать до отъезда», — подумала она и, закрыв за собой дверь своей комнаты, снова развернула письмо.
Странно, но короткие искренние фразы создавали иллюзию присутствия Кости совсем рядом… Перечитав несколько раз письмо, она вышла на балкон и посмотрела в сторону темнеющего океана.
«Мне будет сниться прекрасный вид из моего окна. Моей душе здесь было тепло и комфортно, но при этом ее постоянно тянуло на другую территорию. Территорию, где однажды она появилась на свет».
«Территорию любви», — напомнил ей внутренний голос.
Но вместо планируемых двух-трех недель медленная бюрократическая процедура по получению новых паспортов, принятию присяги и утрясанию всех формальностей растянулась более чем на месяц. Еще три недели понадобились на оформление белорусских виз для нее, Кати, Джессики и Роберта. После тихой и скромной свадьбы старшей дочери Балайзер решил познакомиться с родителями зятя, а заодно встретиться с женихом второй, приемной дочери. Катя же, наоборот, попросила разрешения провести последнее лето перед отъездом в Минск в лагере с одноклассниками…
— 6 —
— …Господи, ну сколько же можно тебя ждать! — прошептал ей на ухо Костя, едва Анна переступила черту, отделявшую таможенную зону от сильно поредевшей за время после приземления самолета толпы встречающих. — Чего они тебя так долго держали?
— Костя, не забывай, что я теперь гражданка другого государства. Страховка, прочая ерунда… Ну, как ты тут без меня? — оторвала она голову от его плеча. — А загорел-то как! Где же ты успел?