Читаем Тесный путь. Рассказы для души полностью

Я иду и думаю, что Кот может решить, что его предали. Эта мысль не даёт мне покоя. Когда ты уже знаешь, что такое предательство, бывает тяжело, невозможно довериться, открыть свою душу и впустить в неё любовь ещё раз. Когда не любишь, тебе не могут причинить такой боли. Самую сильную боль нам причиняют те, кого мы любим. Кот поверил мне. Поверил в то, что у него появился кто-то, кто заботится о нём, кому он небезразличен. И я представляю себе, как придёт он к двери, которую никто перед ним не откроет. И он будет долго сидеть на сыром весеннем ветру. Потому что теперь ему будет всё равно. И он равнодушно ляжет на снег и замёрзнет, потому что не захочет возвращаться в ту жизнь, где он был так одинок.

Кот, дождись меня, пожалуйста! Не умирай! Я вернусь!

Немного о котах

В 2009 году, в сырой и холодный весенний день, под стук колёс поезда дальнего следования, я написала рассказ про кота: «Любовь к жизни (почти по Джеку Лондону)». Кот этот жил рядом с Оптиной и поразил меня своей любовью к жизни, каким-то своим кошачьим мужеством. Я ехала в поезде, тревожилась о его судьбе и свои переживания записала.

Конец истории оказался добрым: вернулась я в Оптину через две недели, кот, которого по моей просьбе подкармливали, дождался меня, и прожил со мной ещё два года. А потом умер. От старости. Всё-таки это был уже совсем немолодой и очень больной кот. Думаю, эти два года были счастливыми в его кошачьей жизни.

А рассказ я оставила таким, каким он был записан в поезде, потому что говорилось в нём об одиночестве, о мужестве и стойкости, о верности и предательстве…

Недавно Оптинский игумен Т. рассказал мне забавную историю, добавив, что мне можно её записать, не называя имён.

Один Оптинский отец несколько дней подряд был очень занят на послушании и в келью возвращался уже ближе к ночи.

Здание с братскими кельями ремонтировали, и снаружи всё было в строительных лесах. В открытые форточки келий время от времени запрыгивали Оптинские коты, вынюхивая что-нибудь съедобное. Иногда отец Н., вернувшись с послушания, прогонял особенно навязчивого посетителя: голодающих среди этих котов не было, в монастыре их обычно подкармливают.

Как-то поздним вечером, вернувшись в келью, чрезвычайно уставший отец Н. заметил, что в форточку запрыгнула большая и красивая трёхцветная кошка.

Он попытался выставить вон непрошеную гостью, но кошка уходить не желала, вела себя совершенно по-хозяйски и сердито шипела на отца Н. Он очень удивился, насторожился и решил понаблюдать за странной кошкой.

Та важно прошествовала к полуоткрытому шкафу и, недовольно бросив взгляд на озадаченного хозяина кельи, ловко запрыгнула внутрь. Отец Н. подошёл к шкафу, осторожно открыл дверцу и увидел следующую картину: в глубине шкафа возлегало целое семейство кошачьих — кошка и крошечные, ещё слепые котята. Котята, почувствовав мать, начали пищать и пристраиваться к ней в ожидании кормёжки. Сама же мамаша смотрела на отца Н. крайне недовольно и в её взгляде явно читалось:

— Я тут важным делом занимаюсь, а ты мешаешь только! Безобразие какое-то: нет покоя кормящей матери!

Отец Н. понимающе кивнул головой кошке, бережно прикрыл дверцу шкафа. Постоял немного, подумал, а потом вздохнул печально и пошёл в трапезную за ужином для своей новой постоялицы.

История про то, как пёс Тиграша умным стал

История эта началась лет десять назад. Прихожу я как-то вечером домой с работы и вижу следующую картину: детки мои — сынок и дочка — на полу сидят и бормочут что-то такое ласково-умилительное. Последний раз такую картину я наблюдала много лет назад, когда они маленькими были. Поэтому их ползанье по ковру мне как-то решительно не понравилось.

Я, не раздеваясь, захожу в комнату и вижу, что между ними, оказывается, бегает на тонких длинных ножках странное создание. Бегает, спотыкается, но резвится вовсю. Щенок!

Сажусь на пол рядом с детьми, и вот мы уже втроём ползаем вместе со щенком по полу и умильно лепечем: «Ах, ты — милый-то какой!» Щенок, не раздумывая долго, ковыляет ко мне и пытается изо всех своих щенячьих сил укусить за руку. С зубами у него пока ещё проблемы и укусить не получается, он злится и таскает меня за рукав. Но злится не по-настоящему, видно, что играет.

Я прихожу в себя и грозно спрашиваю:

— Это что ещё такое?

— Мамочка, это же просто чудо! И не что такое, а кто такой! Это наш пёс Тигр! Посмотри, какая у него шёрстка тигриного окраса!

— А почему он такой странный? Хвоста почти нет, зато уши такие огромные! И ноги какие-то слишком длинные и тонкие? Что это за порода такая странная? И где вы его взяли?

Сын важно отвечает:

— Я его купил тебе, мам, в подарок.

— И за сколько же ты купил мне этот подарок?

— Ну, если честно, мне его продали за десять рублей вместе с поводком и ошейником. Хозяева, представляешь, так обрадовались, когда я решил его купить!

— Представляю…

Щенок между тем рычит тоненько и рукав мой продолжает трепать изо всех сил.

— Ну и что я буду делать с этим подарком?

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная православная проза

Похожие книги

История патристической философии
История патристической философии

Первая встреча философии и христианства представлена известной речью апостола Павла в Ареопаге перед лицом Афинян. В этом есть что–то символичное» с учетом как места» так и тем, затронутых в этой речи: Бог, Промысел о мире и, главное» телесное воскресение. И именно этот последний пункт был способен не допустить любой дальнейший обмен между двумя культурами. Но то» что актуально для первоначального христианства, в равной ли мере имеет силу и для последующих веков? А этим векам и посвящено настоящее исследование. Суть проблемы остается неизменной: до какого предела можно говорить об эллинизации раннего христианства» с одной стороны, и о сохранении особенностей религии» ведущей свое происхождение от иудаизма» с другой? «Дискуссия должна сосредоточиться не на факте эллинизации, а скорее на способе и на мере, сообразно с которыми она себя проявила».Итак, что же видели христианские философы в философии языческой? Об этом говорится в контексте постоянных споров между христианами и язычниками, в ходе которых христиане как защищают собственные подходы, так и ведут полемику с языческим обществом и языческой культурой. Исследование Клаудио Морескини стремится синтезировать шесть веков христианской мысли.

Клаудио Морескини

Православие / Христианство / Религия / Эзотерика
Основы Православия
Основы Православия

Учебное пособие содержит основные сведения о Православии, его учении, истории, богослужебной традиции.В пособии дано комментированное изложение Священной истории Ветхого и Нового Завета, рассмотрено догматическое учение Православной Церкви в объеме Символа веры, разъяснены значение Таинств и смысл двунадесятых праздников, кратко описаны правила совершения богослужения, представлен обзор основных этапов истории Вселенской Церкви и Русской Православной Церкви.Содержание учебного пособия соответствует программе вступительного собеседования по основам христианства на факультете дополнительного образования (ФДО) ПСТГУ.Учебное пособие предназначено для поступающих на ФДО, но может оказать значительную помощь при подготовке к вступительному экзамену и на другие факультеты ПСТГУ. Пособие может использоваться педагогами и катехизаторами в просветительской работе среди детей и взрослых (в том числе в светских учебных заведениях и воскресных школах), а также стать источником первоначальных сведений о вере для самого широкого круга читателей, интересующихся учением и историей Православной Церкви.2-е издание, исправленное и дополненное.

Елена Николаевна Никулина , Николай Станиславович Серебряков , Фома Хопко , Юлия Владимировна Серебрякова

Православие / Религиоведение / Религия / Эзотерика / Образование и наука