Читаем Тироль и Зальцбург полностью

Инцидент в Мюнхене, когда террористы захватили, а затем расстреляли команду Израиля, потребовал от организаторов уделять безопасности повышенное внимание. Особенно актуально это звучало в отношении Инсбрука-76, где почетными гостями были советские и американские космонавты, еще недавно составлявшие экипаж корабля «Союз-Аполлон». Олимпийская деревня, окруженная забором с электронной сигнализацией, походила на крепость. Полиция контролировала ситуацию не только на территории, но и внутри зданий. Догадываясь, как действует на мирного человека вид патрульного с автоматом и собакой, полицейские широко улыбались. В тех же целях повсюду были развешаны таблички с надписью: «Дорогие гости! Пожалуйста, не рассматривайте усиленные меры безопасности как ограничение свободы, это делается для вашего же спокойствия».

В Древней Греции право сражаться за олимпийские награды имел кандидат с определенным набором качеств. Ему полагалось быть свободным мужчиной и родиться в Элладе, причем в семье эллинов по происхождению. Античный человек проявлял в спортивной борьбе ту же страсть, что и на поле боя. Соревнования проходили тяжело, зато победитель получал оливковую ветвь, означавшую вечный почет в родном городе и любом другом греческом полисе. В современных Играх критерии отбора несколько иные. В них не сразу, но все же начали участвовать женщины, и уже изначально на каждую Олимпиаду съезжались представители разных стран: дружба народов до сих пор является лейтмотивом Олимпийских игр.

В XII Белой Олимпиаде принимали участие 1123 спортсмена из 37 стран. Участники относительно небольшой советской команды выступали по полной программе, вновь кроме бобслея, и победили, завоевав 13 золотых, 6 серебряных, 8 бронзовых наград. Традиционно сильные в зимних видах спорта норвежцы в Инсбруке-76 оказались далеко позади, правда, если не считать отдельных выступлений. Так, на лыжне блистали норвежец Ивар Форму и финская лыжница Хелена Такало. По ледяной дорожке отлично прокатился норвежец Стен Стенсен и американка Шила Янг, которая раньше столь же успешно выступала на велотреке. В остальном русские не оставили соперникам никаких шансов. С разгромным счетом выиграли хоккеисты, с блеском победили конькобежцы, сердца европейских судей покорили русские фигуристы, и даже такие «не советские» виды спорта, как биатлон и гонки на лыжах, были отмечены триумфом русских.

Захватывающие битвы на снежных полях обеспечили лавры и представителям других стран. Среди лыжников-мужчин как обычно сильнейшими были олимпийцы из Скандинавии, зато на горнолыжных трассах царили австрийцы. Команда Австрии получила всего 2 золотые медали, но запомнилась больше других. Незабываемое впечатление произвел спуск Франца Кламмера, прошедшего трассу со скоростью 102,8 км/ч. В течение 5 сезонов, то есть за весь период своих международных выступлений, этот спортсмен сумел выиграть 23 старта, побил все рекорды скорости, прославился отвагой и сумел завоевать любовь болельщиков всего мира. Как и 12 лет назад, обе торжественные церемонии – и открытия, и закрытия Олимпиады – прошли на горе Бергизель, у подножия трамплина. Для того чтобы подчеркнуть то, что Игры проводятся в Инсбруке во второй раз, организаторы разместили олимпийский огонь в двух чашах.

С 2001 года место старого олимпийского трамплина занимает новый, построенный по проекту архитектора Захи Хадид и ставший символом города наряду с Золотой крышей. Фантастически красивое, выдающееся из ряда себе подобных сооружение, имея длину 90 м, достигает 47 м в высоту. Завершенное к чемпионату 2001 года, ныне устройство для летающих лыжников является универсальным ориентиром, поскольку, располагаясь на вершине горы, заметно из любой точки города. «Каждый турист, – гласит вовсе не шуточная надпись на столбе – может прыгнуть с нашего трамплина без лыж только один раз в жизни и сколь угодно раз посмотреть на Инсбрук с высоты птичьего полета».

Олимпийский трамплин в Инсбруке напоминает мост из бетона и стали

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники всемирного наследия

Венеция
Венеция

Венеция — восхитительный по красоте своих многочисленных архитектурных ансамблей и удивительный в необыкновенном изобилии каналов и мостов город — вот уже не один век привлекает огромное количество туристов, а поэтов вдохновляет на полные искренних восторгов и нежной любви романтические строки. Этот чарующий уголок Италии знаменит не только тем, что в буквальном смысле слова стоит на воде, но и волшебной роскошью своих дворцов, архитектурной изысканностью соборов, притягательной силой полотен знаменитых венецианских мастеров, утонченным изяществом мостов, соединяющих узкие, извилистые каналы и словно вырастающих прямо из фасадов домов. Окунитесь в этот удивительный мир и насладитесь его божественной красотой!

Елена Николаевна Красильникова

Путеводители, карты, атласы / Путеводители / Словари и Энциклопедии
Тироль и Зальцбург
Тироль и Зальцбург

Автор книги попытался рассказать о похожих и в то же время неповторимых австрийских землях Тироль и Зальцбург. Располагаясь по соседству, они почти тысячелетие принадлежали разным государствам, имели различный статус и неодинаково развивались. Обе их столицы – прекрасные города Инсбрук и Зальцбург – прошли длинный исторический путь, прежде чем обрели репутацию курортов мирового значения. Каждая из них на протяжении веков сохраняла славу торгового и культурного центра, была временной резиденцией императоров, а также в них были университеты. Не утратив былого величия, они остались небольшими, по-домашнему уютными европейскими городами, которые можно было бы назвать обычными, не будь они так тесно связаны с Альпами.

Елена Николаевна Грицак

Искусство и Дизайн / История / Прочее / Техника / Архитектура

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Оранжевая собака из воздушных шаров. Дутые сенсации и подлинные шедевры: что и как на рынке современного искусства
Оранжевая собака из воздушных шаров. Дутые сенсации и подлинные шедевры: что и как на рынке современного искусства

Осенью 2014 года посетители нью-йоркских торгов «Сотбис» и «Кристис» за сорок восемь часов истратили на приобретение произведений современного искусства 1 700 000 000 долларов. Некоторые лоты сразу же после покупки отправились на свободный от таможенных пошлин склад в порто-франковой зоне – разделив участь миллиона других произведений искусства, в ожидании выгодной перепродажи томящихся на подобных складах по всему миру. Одна из пяти сверкающих «Собак из воздушных шаров» Джеффа Кунса была продана на аукционе за рекордную сумму, на 50 % превысившую предыдущий рекорд цены для произведения ныне живущего художника. Картина Кристофера Вула «Апокалипсис сегодня» – четыре строчки черного текста на белом фоне – ушла с торгов за 28 000 000 долларов.Эти и другие фантастические истории из повседневной жизни арт-рынка анализирует в своей книге «Оранжевая собака из воздушных шаров» экономист и автор бестселлера «Как продать за 12 миллионов долларов чучело акулы» Дон Томпсон, приоткрывая завесу тайны над тем, как определяется и меняется «цена искусства» в горячих точках современного арт-рынка от Нью-Йорка до Лондона, Сингапура и Пекина.

Дональд Томпсон

Искусство и Дизайн / Прочее / Изобразительное искусство, фотография