- Спасибо, малышка! Я тоже не хочу оставаться без тебя. Всё будет хорошо... Только подумай ещё и над тем, что обратного пути нет. Это - навсегда. Даже если что-то пойдёт не так, ты никогда уже не вернёшься в этот мир. За тобой не будет государства, на которое ты работаешь, и никто тебя не обменяет на такого же, но вражеского агента-нелегала. И я там буду вовсе не мелким московским миллионером, а таким же, как все, переселенцем. Считай, бомжом...
- Ну и пусть! -обвила она руками мою шею, пряча заплаканное лицо где-то у меня за ухом. - Зато я буду с тобой!
Дав моей (да, именно моей!) женщине успокоиться, я отправил её умыться.
- Нам нужно поговорить ещё на несколько не менее важных тем.
Она вернулась не просто умытая, а какая-то посвежевшая, умиротворённая, будто заново обрела цель жизни
- Раз ты согласна, нам нужно подготовиться. И для этого у нас довольно мало времени, всего три месяца. Но сначала надо решить ещё кое-что. Во-первых, кто мы с тобой друг другу.
Ах, как она сверкнула глазами!!! Но тут же взяла себя в руки и таким же жёстким голосом, как во время своей попытки увольнения, чётко и внятно объявила:
- Если после того, что я пережила за эти две недели, ты мне скажешь "давай останемся друзьями", то я тебя зарежу уже сегодня ночью.
Я расхохотался, отыскал на подоконнике самый бодрый из своих полузасохших кактусов и упал перед сидевшей в кресле Натальей на колено, протягивая ей горшок.
- Что это? - не поняла она.
- Цветок... - пожал я плечами. - Тебе... Любимая, будь моей женой!
Да, порвать шаблон процедуры предложения руки и сердца, изваянный девичьими фантазиями, я сумел. Причём, порвать качественно.
Она принялась растерянно хлопать глазами, вертя в руках горшочек с несчастным кактусом.
- Ты не можешь подобрать слова, чтобы не обидеть меня своим отказом? Говори первыми, пришедшими на ум, я переживу...
- Ты... это серьёзно?
- Абсолютно!.. БЛИН!!!! КАКТУС!!!
Ещё минут пятнадцать мы, бесчисленное количество раз прерываясь на поцелуи, избавлялись от кактусовых колючек, впившихся мне в ухо: когда Наташа бросилась меня обнимать, она совсем забыла о том, что держит мой "букет" в руках.
- Ну, всё, всё! - погладил я девушку по спине, усаживая её поудобнее на своих коленях. - Давай всё-таки решим наше "во-вторых". Что будем делать с твоей учёбой? Мы уже не можем оттянуть переход до защиты твоего диплома, у нас для этого не времени.
- Почему? Нас кто-то торопит?
- Да. Операция по созданию моей... нашей легенды уже фактически завершена, и затягивать с началом следующего этапа нам никто не позволит.
- Легенды?.. Я правильно поняла то, что ты хотел этим сказать?
Ответом был кивок головой.
- А я... тоже элемент этой легенды?
- Нет. Ты была одним из инструментов создания легенды. Пока не стала несистемным фактором, едва не сорвавшим все планы. И до тех пор, пока я положительно не решу с руководителем операции твой вопрос, ты будешь оставаться этим самым несистемным фактором. Но это - чистая формальность, поскольку у меня есть право привлекать к операции любых людей.
- И что это за операция, мне знать не положено... - понимающе вздохнула Наташа.
- Ага. У тебя форма допуска недостаточная.
- А вот с этим ты промахнулся: она у меня первая! - гордо объявила любимая.
- Не ошибся, - срезал я. - Нужна нулевая. Кстати, только за то, что я тебе рассказал, какая форма допуска нужна для получения информации, меня уже могут взять пятую точку...
Наташа уткнулась носом в мою коротко стриженную шевелюру и задумалась.
- Так что, всё-таки, будем делать с твоей учёбой?
- А есть варианты?
- Есть. Либо ты бросаешь учёбу прямо сейчас и в полный рост впрягаешься в подготовку к переходу, либо впрягаешься в подготовку к переходу вполсилы, продолжая получать свои жутко секретные знания ещё пару месяцев. А потом всё равно бросаешь институт.
- Можно, я подумаю до утра?
- А ты уверена, что у тебя до утра будет на это время? - хитро прищурившись, провёл я снизу вверх ладонью по её бедру.
- Ну, тогда до завтрашнего вечера, - томно прикрыла она глаза.
- Тогда последняя проблема, - обломал я весь кайф. - Каким огнестрельным и холодным оружием, специальными средствами, знаниями и подготовкой ты владеешь и в какой степени? Военная юриспруденция и зарубежная юридическая база к знаниям и подготовке не относятся, а про твои английский и испанский я знаю.
- Ещё итальянский и немецкий разговорный. Но первый - значительно хуже испанского и английского, а второй и вовсе кое-как: у нас в Саратовской области немного волжских немцев осталось со времени войны, вот и нахваталась отдельных слов у бывших соседей...
Москва, промзона, 14 октября 1999 года, 11:05
Над решением вопроса своей учёбы Наталье не пришлось думать до следующего вечера. Во второй половине дня она позвонила мне на мобильный и попросила забрать её с вещами из общежития. Выглядела она, когда я приехал, довольно растерянной.