Жизнь его была бы совершенно гладка, если бы не несчастная его страсть к Алле (у Вас — Елена). Эта страсть его сбила с пути, и погиб он из-за этой страсти.
Костюм: черная визитка, брюки в серую полоску, не идущий к визитке галстук, серый жилет, на нем золотая цепочка. Ботинки лакированные, с темным замшевым верхом.
Наряд: черная кепка с пуговицей сверху. Эту кепку Аллилуя никогда не снимает, ходит в ней и по улице, и в комнате. Высокие черные сапоги, в которые упрятаны в мелкую полоску дешевенькие рыночные брюки. Черная «толстовка». Порыжевший портфель, в котором бумаги и две белых булки.
Содержит прачечную, тайком торгует морфием, кокаином и опиумом.
Влюблен в Манюшку.
Одежда: черная однобортная куртка без пояса, черные, очень высоко подтянутые брюки, белые парусиновые туфли, на голове — твердая соломенная шляпа.
Опаснейший бандит и убийца.
Костюм: в первом акте — грубые, здоровенные, на толстой подошве башмаки со шнурками, не доходящие до башмаков, но ниже колен — защитного цвета солдатские штаны. Необыкновенная куртка — толстая, на вате, стеганая, застегивающаяся сбоку на крючки. Несмотря на летнее время, на голове — меховая шапка.
В дальнейшем — сравнительно приличные длинные брюки и желтые туфли, но та же странная куртка.
В сценах, где Аметистов принимает гостей, Херувим вместо этой куртки надевает длинную, почти до колен, яркой расцветки какую-то китайскую кофту. (Допустима полная и резкая экзотика.) Грудь Херувима татуирована, страшные изображения.
До следующего письма.
М. Булгаков.
Современная драматургия. 1986. № 4. Печатается и датируется по первому изданию.
М. А. Булгаков — М. Рейнгардт
Москва
Уважаемая г-жа Рейнгардт!
Продолжаю:
Добавление:
Стала циничной, привыкла ко всему, защищает сама себя и Абольянинова, которого любит.
Внешне интересна; вероятно, рыжеватые волосы, коротко острижена, лицо, надо полагать, несколько асимметрично.
В начале пьесы она в пижаме (отнюдь не шикарной).
В сценах, где она в качестве хозяйки мастерской, она в скромном костюме.
(Вообще все женщины в пьесе одеты по моде 1924–25 годов, конечно, гораздо скромнее, чем за границей, но, видно, стараясь подражать Парижу.)
В сцене кутежа она в парижском бальном платье, так как ей действительно прислали парижские модели.
(Я указываю моды 1924–25 годов, потому что действие пьесы у меня происходит в эти годы.)
Ее любимый человек находится в Париже. Она действительно тоскует и хочет уехать в Париж. Остальное ей безразлично. Она продает себя Гусю, и Зойке легко удается соблазнить ее. (Мысль — «никто не узнает».)
Костюмы: первое появление — скромный, с хорошим вкусом сделанный костюм, но — странное явление — туфли хотя и хороши, но значительно поношены. В сцене кутежа — конечно, роскошный бальный парижский туалет.
Внешне: ни в каком случае никакого признака горничной, то есть какой-нибудь наколки или фартучка. Никаких манер горничной хорошего дома. Светлая «блузочка», темная юбка, поношенные черные туфли с пряжками и шелковые чулки, подаренные Зоей. Не разберешь, кто она, по ее наряду.
Внешне стараются изобразить мастериц в мастерской, поэтому одеваются очень скромно.
Все три ни в коем случае не производят отталкивающего или жалкого впечатления.