Читаем Три часа между рейсами полностью

Когда подошло время отъезда, у миссис Кинг не хватило терпения дожидаться мужа в своей комнате, и она решила встретить его в нижнем холле. Проходя по коридору в сопровождении санитара с ее чемоданом, она прощально махала встречным пациентам, сожалея, что те не могут так же отправиться в чудесное путешествие. Главный врач вышел ее проводить и пожелал приятного отдыха; две медсестры под какими-то предлогами покинули свои посты, чтобы напоследок разделить ее радость — такую чистую и заразительную.

— Вам очень пойдет легкий загар, миссис Кинг.

— Не забудьте прислать нам открытку.

Примерно в те же минуты, когда миссис Кинг покидала свой этаж, автомобиль ее мужа столкнулся с грузовиком на пути из города к больнице; от полученных травм у него началось внутреннее кровотечение, и, по оценке врачей, жить ему оставалось лишь несколько часов. Эту новость сообщили по телефону в регистратуру на первом этаже клиники, отделенную только стеклянной перегородкой от холла, где прохаживалась в ожидании миссис Кинг. Опасаясь быть услышанной в холле, дежурная лишь коротко подтвердила в трубку прием сообщения и сразу же вызвала старшую медсестру. Узнав, в чем дело, та поспешила к врачу, который принял решение: пока мистер Кинг еще жив, ничего не говорить пациентке о случившемся, а только предупредить ее, что сегодня супруг приехать не сможет.

Это известие очень расстроило миссис Кинг.

— Я и сама понимаю, что глупо делать из этого трагедию, — говорила она. — В конце концов, что значит один день после стольких месяцев ожидания? Он ведь приедет завтра, так он сказал?

Старшая медсестра не нашлась с ответом и, кое-как замяв неловкую паузу, проводила пациентку до ее палаты. К ней приставили самую опытную и хладнокровную сиделку, наказав ей следить за тем, чтобы миссис Кинг до конца этого дня не общалась с другими пациентами и не читала вечерние газеты. А назавтра ситуация так или иначе прояснится.

Однако на следующее утро муж был все еще жив и ее по-прежнему держали в неведении. Незадолго до полудня одна из сестер, проходя по коридору, встретила миссис Кинг, одетую на выход, как накануне, и с чемоданом в руке.

— Вот-вот подъедет мой муж, — объяснила она. — Вчера его задержали дела, но он обещал быть сегодня в тот же час.

Сестра пошла вниз вместе с ней. Миссис Кинг разрешалось свободно перемещаться в пределах больницы, и сестра не могла просто увести ее обратно в палату, не дав никаких разъяснений, а открыть правду, противоречащую словам начальства, она не осмелилась. Выйдя вместе с пациенткой в холл, она украдкой подала знак дежурной в регистратуре, и та, по счастью, все правильно поняла. Меж тем миссис Кинг задержалась перед зеркалом и, в который раз оглядев свой наряд, заметила:

— Надо бы заказать с дюжину точно таких же шляпок, чтобы всегда чувствовать себя счастливой, как сегодня.

А когда через минуту в холле появилась старшая медсестра и приблизилась к ней с мрачным видом, она воскликнула:

— Что такое? Джордж опять задерживается?

— К сожалению, да. Придется вам еще немного потерпеть.

Миссис Кинг печально усмехнулась:

— А я так хотела показаться ему в новом, впервые надетом наряде.

— Да на нем и сейчас ни морщинки.

— Надеюсь, он сохранится в таком виде до завтра. Впрочем, не стоит горевать из-за лишнего дня, ведь я сейчас так счастлива.

— Разумеется, не стоит.

Той ночью ее муж скончался, а поутру врачи клиники устроили консилиум, решая, сказать ей об этом или нет, — оба варианта были чреваты опасными последствиями для ее душевного состояния. В конечном счете было решено объявить пациентке, что мистер Кинг срочно отбыл в дальнюю поездку, и таким образом лишить ее надежды на скорую встречу, а после того, как она с этим примирится и успокоится, можно будет открыть всю правду.

Когда врачи покидали кабинет после совещания, один из них вдруг остановился и кивком указал коллегам на происходящее впереди. По коридору в сторону холла двигалась миссис Кинг с чемоданом в руке.

Доктор Пири, ее лечащий врач, тяжело вздохнул.

— Это просто невыносимо, — сказал он. — Уж лучше я сразу скажу ей все как есть. Выдумка с отъездом не имеет смысла, если она перестанет получать от него весточки минимум дважды в неделю, как это было до сих пор. А если сослаться на его болезнь, она непременно захочет его проведать. Ну что, нет желающих подменить меня в этом деле?

II

Сразу после того консилиума один из его участников отбыл в двухнедельный отпуск. А в первый день по возвращении на работу он в тот же самый час в том же коридоре изумленно застыл при виде маленькой процессии — навстречу ему двигались санитар с чемоданом, медсестра и миссис Кинг все в том же бирюзовом платье и шляпке цвета весеннего неба.

— Доброе утро, доктор, — сказала она. — Я иду встречать мужа, и мы поедем в Виргиния-Бич. Вот решила заранее спуститься в холл, чтобы не заставлять его ждать.

Доктор вгляделся в ее лицо — оно было ясным и по-детски счастливым. Сестра знаком дала ему понять, что действует согласно указаниям, после чего он ограничился поклоном и перевел разговор на погоду.

Перейти на страницу:

Все книги серии Фицджеральд Ф.С. Сборники

Издержки хорошего воспитания
Издержки хорошего воспитания

Фрэнсис Скотт Фицджеральд, возвестивший миру о начале нового века — «века джаза», стоит особняком в современной американской классике. Хемингуэй писал о нем: «Его талант был таким естественным, как узор из пыльцы на крыльях бабочки». Его романы «Великий Гэтсби» и «Ночь нежна» повлияли на формирование новой мировой литературной традиции XX столетия. Однако Фицджеральд также известен как автор блестящих рассказов, из которых на русский язык переводилась лишь небольшая часть. Предлагаемая вашему вниманию книга — уже вторая из нескольких запланированных к изданию, после «Новых мелодий печальных оркестров», — призвана исправить это досадное упущение. Итак, впервые на русском — пятнадцать то смешных, то грустных, но неизменно блестящих историй от признанного мастера тонкого психологизма. И что немаловажно — снова в блестящих переводах.

Фрэнсис Скотт Фицджеральд

Проза / Классическая проза
Больше чем просто дом
Больше чем просто дом

Фрэнсис Скотт Фицджеральд, возвестивший миру о начале нового века — «века джаза», стоит особняком в современной американской классике. Хемингуэй писал о нем: «Его талант был таким естественным, как узор из пыльцы на крыльях бабочки». Его романы «Великий Гэтсби» и «Ночь нежна» повлияли на формирование новой мировой литературной традиции XX столетия. Однако Фицджеральд также известен как автор блестящих рассказов, из которых на русский язык переводилась лишь небольшая часть (наиболее классические из них представлены в сборнике «Загадочная история Бенджамина Баттона»).Книга «Больше чем просто дом» — уже пятая из нескольких запланированных к изданию, после сборников «Новые мелодии печальных оркестров», «Издержки хорошего воспитания», «Успешное покорение мира» и «Три часа между рейсами», — призвана исправить это досадное упущение. Итак, вашему вниманию предлагаются — и снова в эталонных переводах — впервые публикующиеся на русском языке произведения признанного мастера тонкого психологизма.

Френсис Скотт Фицджеральд , Фрэнсис Скотт Фицджеральд

Проза / Классическая проза
Успешное покорение мира
Успешное покорение мира

Впервые на русском! Третий сборник не опубликованных ранее произведений великого американского писателя!Фрэнсис Скотт Фицджеральд, возвестивший миру о начале нового века — «века джаза», стоит особняком в современной американской классике. Хемингуэй писал о нем: «Его талант был таким естественным, как узор из пыльцы на крыльях бабочки». Его романы «Великий Гэтсби» и «Ночь нежна» повлияли на формирование новой мировой литературной традиции XX столетия. Однако Фицджеральд также известен как автор блестящих рассказов, из которых на русский язык переводилась лишь небольшая часть. Предлагаемая вашему вниманию книга — уже третья из нескольких запланированных к изданию, после «Новых мелодий печальных оркестров» и «Издержек хорошего воспитания», — призвана исправить это досадное упущение. Итак, впервые на русском — три цикла то смешных, то грустных, но неизменно блестящих историй от признанного мастера тонкого психологизма; историй о трех молодых людях — Бэзиле, Джозефине и Гвен, — которые расстаются с детством и готовятся к успешному покорению мира. И что немаловажно, по-русски они заговорили стараниями блистательной Елены Петровой, чьи переводы Рэя Брэдбери и Джулиана Барнса, Иэна Бэнкса и Кристофера Приста, Шарлотты Роган и Элис Сиболд уже стали классическими.

Фрэнсис Скотт Фицджеральд

Проза / Классическая проза

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза