- По руке не гадаю, а ход войны могу предсказать. Еще четыре года провоюем. Но победим.
- Интересная ты девушка. Я бы отправил тебя в Москву. Такие кадры нужны нам. Увы, летчика ранили осколком... может полечишь его по своему?
- Посмотрю. Но если что, я сама летать умею.
- На метле?
- Почему на метле? На самолете.
- Прямо неожиданно. Где научилась?
- Самоучка.
- Ладно, на фоне прочих чудес не великое чудо. Проверим как ты летаешь. Иди сейчас в госпиталь пока. Там поможешь.
***
Зайдя в госпиталь, Женя деловито переоделась в первый попавшийся белый халат и начала осматривать больных.
- Этого срочно оперировать! - скомандовала она медсестре.
- Доктор занят на операции!
- А я на что? Быстро потащили его на стол перевязочный. Там и прооперирую.
Расположив раненого в живот летчика осколком на столе у окна, Женя начала командовать, что принести ей из инструментов. Медсестра не решилась спорить и послушно притащила нужное. Женя бодро разбинтовала, остановила кровотечение и вытащила осколок. После чего начал сшивать кишки и брюшину. При этом летчик был в сознании, но ему не было больно. Девушка легкими ударами отключила его нервы.
- Дизенфекцию?
- Не надо. Так будет дольше заживать. Ничего и так сойдет. Не загноится. Потом придется правда повторную операцию делать. Но сейчас поживет.
- Ну что летчик? - похлопала Женя по щекам бледного летчика: - На чем летаешь?
- На Ди Си 3, - отозвался летчик.
- Ай, ай, тебя ждут для полета в Москву, а ты тут прохлаждаешься с дыркой в пузе.
- Я бы рад...
- Ничего, я поведу самолет, а ты будешь рядом лежать и умные советы давать. Так и долетим до хороших докторов. Дырку я пока тебе заштопала. На некоторое время сойдет. Тебе нужно только сейчас хорошо восстановиться пару дней. И оживешь. Тогда полетим. Сестра, дай ему бульон и... блин, кроветворного у вас нет...
- Почему нет? Гематоген есть в бутылочках!
- О! В самый раз! То что доктор прописал.
- Только с ранением в живот пить нельзя много.
- Ему можно. Смотри, какой бледненький. Тащи ему попить. А я тут еще поколдую...
Женя быстро нанесла руны кровью самого летчика, защищающие от гниения и ускоряющие заживление. После чего сверху осторожно наложила повязку.
- Не чесать и не разматывать три дня! - скомандовала она летчику: - А то точно загноится.
Через пару дней Женя навестила летчика, который выглядел бодро и уже пытался встать.
- Куда? - рассердилась Женя на его попытки: - Хочешь чтобы швы разошлись? Лежи смирно давай. Бойцы берите его на носилки и потащили на аэродром. К самолету.
- Это же далеко!
- Ничего у меня мотоцикл с коляской. Пристроим на нем.
***
- Ты точно летчица? - с сомнением спросил раненый летчик после того как самолет загрузился. Его пугало, что среди пассажиров есть даже один генерал.
- Меня уже проверили! - откликнулась Женя: - Я поднимала твою колымагу и садила. И техосмотр провела.
- Ты я смотрю на все руки мастер?
- Я же советский человек!
- Советские тоже разные бывают.
- Цыц, товарищ больной! Не сомневаться во мне! - прикрикнула на него Женя: - От винта!
- От какого винта? У тебя стартер! - прохрипел летчик.
- Шучу я Гриша, шучу! Начинаем чудеса на виражах!
- Чую убьемся!
- Твоя фамилия Воронов?
- Нет Соколов!
- Тогда не каркай а пари в восходящих потоках!
- Не смеши меня, а то швы разойдутся. Ох, Женька, я удочерю тебя, чтобы выпороть хорошо!
- Садист!
- А сама-то? Как ты меня живьем потрошила?
- Разве было больно?
- Было!
- Врешь!
Они уже летели, и от гула моторов им приходилось уже орать. Так что их перепалку уже слышал даже генерал в салоне. Поэтому к ним заглянул некий лейтенант и попросил орать потише. Дальше они разговаривали только по делу. Хотя Женя неплохо ориентировалась в карте и уверенно вела самолет в сторону Москвы. Вот только расположение аэродрома ей было неизвестно. И порядок посадки и связи с аэродромом.
Женя летела и мурлыкала песенку вслед за Лизой. А Лиза её вспомнила из фильма про мальчика, который вез раненного отца в самолете, сам не умея летать.
- ...А Боб Дилени пустился в пляс - Какое мне дело до всех до вас? До всех до вас? А вам до меня?.. Парам пам пама...
- Что за кулацкая песенка? - возмутился летчик.
- Все выше и выше и выше... - быстро сменила репертуар Женя: - Стремим мы полет наших птиц...
Но песня не вписывалась в мерный полет транспортника и Женя замолкла.
- Под крылом самолета о чем-то поет широкое море тайги, - вдруг душевно затянула Лиза из репертуара Пахмутовой. Летчик одобрил репертуар. И даже стал подпевать со второго куплета:
- А ты улетающий вдаль самолет, в сердце своем сбереги...
Вылетали затемно, чтобы охотники месеры не подловили. А когда долетели уже было светло. Транспортники этого времени летали весьма неторопливо. Поскольку Москву еще не летали бомбить, то она не была прикрыта аэростатами в массовом количестве. Но все равно пришлось идти на подмосковный аэродром. Близко летать над Москвой было запрещено.
После посадки Жене дали возможность привести себя в порядок, а потом через день привезли в кремль.
Какая польза от магии?