" Слишком уж вычурно, но заинтриговал. Посмотрим, что там у тебя дальше, господин N!" - подумал Денис, и начал читать с возрастающим интересом. То, что автор старался подражать старинному стилю, вызвало улыбку, но в целом воспринималось лучше, чем новояз, подперченный профессиональным жаргоном уголовников. Сам же автор, наверное, из-за выдающегося носа, представился настоящим Сирано де Бержераком. Перед глазами встала тесная коморка парижской мансарды: - Пляшущий огонек свечи с трудом разгоняет сумрак по углам убогого жилища. В открытое окно долетают тревожные звуки ночного Парижа, а посреди комнаты склонился над столом благородный кавалер в потертом камзоле. Отложив шпагу и вооружившись гусиным пером, он покрывает бумажный свиток строчками бегущих мыслей. Пляшущий огонек высвечивает разводы времени и винных пятен на дощатой крышке стола, а на белоснежную гладь бумаги, под скрип пера, ложатся излияния сердечной тоски и воспаленной памяти:
" Ого, оказывается перед нами гость из будущего!" - улыбаясь, подумал Денис. И тут же, вспомнил, что и сам он ждет рубежа тысячелетий с какой-то затаенной надеждой.
" Как внушили в детстве, что Новый Год время исполнения желаний, так до сих пор и верим! А тут еще и Миллениум. Но вот товарищ из будущего предупреждает - " Ерунда это все! Не случится новогоднего волшебства, даже при такой знаменательной дате.""
Денис пробежав глазами абзац, где автор вкратце сообщал о неудачах и разочарованиях, постигших его в начале будущего тысячелетия, и, наконец, вплотную подобрался к завязке сюжета:
" Ну, это ты загнул, господин N! Гражданская на Украине, Третья Мировая! Кто с кем воевать то будет?!"