При этом Анвар смешно покраснел, словно стыдился того, что его смог достать какой-то чужестранец. И это накануне испытания окончания обучения! Есть от чего прийти в смущение. Уверен, пацан уже тысячу раз пожалел, что поторопился напасть. Получив жесткий отлуп, бедняга навеки вошел в историю.
Еще неизвестно, в какой интерпретации будут рассказывать об этом случае в припортовых тавернах. Выставят принца безмозглым идиотом (что, на мой взгляд, абсолютная правда), либо же превратят в храброго героя, смело бросившегося в бой против «страшного» колдуна.
Будь я на его месте, то не поленился бы и обязательно заплатил несколько монет выпивохам в пользу собственной трактовки события.
– Насколько я понимаю, ваши люди первыми атаковали нашего гостя, – сдержанно заметил настоятель.
И выразительно посмотрел на Анвара. Медленно и неохотно принц кивнул. Воспитанник не мог врать вышестоящему наставнику. Парень еще не закончил обучение и не вышел за стены святилища.
А вот девке, судя по всему, на это было начхать. Она открыла рот, явно намереваясь высказать все, что думает о порядках, где пришлым чужакам позволяют убивать и калечить людей из свиты дочери падишаха Тысячи островов, но тут до нее дошел смысл окончания фразы.
– Гостя? – пораженно выдохнула она. – Вы сказали гостя?
Голос девушки выражал неприкрытое изумление, быстро переходящее в возмущение.
– Именно, – невозмутимо подтвердил служитель Ара и уточнил: – Моего личного гостя.
Стоило ему это сказать, как те, кто имел кожаные ремешки в основании рукоятей мечей, чудесным образом сместились, рассредоточившись вокруг принцессы. В мгновение ока центром угрозы стала Алима с ее свитой, а не я.
Судя по всему, на территории храма слово настоятеля стоило куда больше слова дочери правителя, несмотря на то, что формально кенерийский остров входил в состав Трисского архипелага. А тот, в свою очередь, являлся владением падишаха.
Ха. Не очень-то жрецы уважали монархию.
– Прошу вас, лорд Готфрид. Следуйте за мной, – предложил настоятель. – Даю слово, здесь на вас больше не нападут. Залогом останется моя жизнь.
Он сказал это таким благожелательным тоном, будто дело шло о каком-то пустяке.
Не выдержав, я ухмыльнулся. А мужик, похоже, тот еще оригинал.
Принимая во внимание его положение в местной иерархии, думаю, использовать его в качестве страховки вполне допустимо. Будут делать глупости, первым делом снесу голову моему чрезмерно доброжелательному гиду.
Проигнорировав дышащих яростью свитских принцессы, мы преспокойно направились по главному коридору во внутренние помещения центрального храма.
– Вы назвали меня по имени, не помню, чтобы мы встречались раньше, – заметил я, стоило просторной зале у парадного входа остаться позади.
– Не обязательно видеть человека лично, чтобы знать, кем он является, – настоятель указал в глубину комнаты, мимо которой мы как раз проходили.
Сначала я не понял, куда он указывал. А приглядевшись, чуть не отвесил от удивления челюсть.
На довольно обширной стене, среди множества различных картин, в основном посвященных военной тематике, висело полотно, изображающее меня.
Не шучу. На картине красовался я собственной персоной. Точнее, его светлость лорд Готфрид Эйнар. Художник запечатлел его в тот самый момент, когда молодой ансаларец сразил воина альвов на арене Зантары. И не просто сразил, а для пущего эффекта отрубил ушастому голову, вскинув «трофей» в победном жесте абсолютного превосходства.
Стоящая на трибуне небольшая группа перворожденных выглядела не слишком счастливой. В отличие от беснующейся от восторга толпы остальных зрителей.
Будь я проклят. Это ведь действительно мой предшественник. Именно за тот поединок его потом прозвали Клинком Заката. Он прикончил эльфа, как раз когда солнце садилось. Вот и на картине хорошо видно, как последние лучи играют за спиной гордо стоящего Готфрида.
– Я всегда немного завидовал положению выходцев из Древней Знати.
– В каком смысле? – я покосился на жреца.
– Посмотрите на них. На их реакцию. Они злятся, но отдают победителю должное, – настоятель монастыря указал на угрюмую компанию ушастых. – Окажись на вашем месте какой-нибудь человек, альвы его обязательно бы убили. Не сразу, так позже, но обязательно. И неважно, насколько искусным воином он являлся. Они не признают за людьми право на равенство, в отличие от лордов-колдунов.
Я обдумал прозвучавшую мысль.
– Может, альвы отдают должное ансаларцам потому, что те несколько тысяч лет назад сбросили их с трона владык мира и сами взгромоздили на него свой зад?
По лицу священника скользнула печальная улыбка.
– Может, вы и правы, – сказал он и вновь повернулся к коридору. – Прошу за мной.
Мы проследовали дальше. Прошли целую анфиладу больших и малых залов. Чего там только не попадалось! Каменные статуи, изображавшие древних воителей, разнообразное оружие на специальных стойках и держателях, манекены, наряженные в доспехи, и конечно же многочисленные алтари богу Ару.