Бэта молчал, но его неодобрение отражалось в жестах. Недовольство моей правой руки мне было некстати.
— Говори, — сказал я, обращаясь к нему.
— Разве мои слова на что-то влияют? — сказал Сайхал сквозь зубы.
— Ты знаешь, мнение любого из нашего клана важно. Особенно я ценю мнение своей правой руки.
Говорил чистую правду, я ценил мнение Сайхала.
— Эта девушка сводит тебя с ума…
Блеснул глазами он.
— Если тебя беспокоит мой рассудок, мой бэта, то он кристально чист.
— Она, словно яд, Рагнар, ее запах проникает в подсознание. Она словно дикий, ядовитый цветок!
— Она всего лишь женщина. Ты преувеличиваешь.
— За свою жизнь не помню, чтобы ты когда-либо смотрел так хоть на одну нашу волчицу.
Я хмыкнул.
— Сайхал, Айрин человек, я ее изучал.
— Так ты себе врешь?
Упорство бэты начало раздражать.
— Ты видишь опасность там, где ее нет. Девушка — человек и да, она мне интересна. Интересна, как и любой зверек, которого я никогда не видел. Я чист разумом и все еще мыслю во благо стаи.
Сайхал посмотрел с недоверием, но промолчал.
— Что-то еще? — спросил я.
— Если жребий выпадет на меня, я тут же прикажу растерзать самку.
От этих слов грудь зажгло. Я почувствовал волка. На удивление его дух сегодня стал непокорным. Раньше я никогда не чувствовал его так ярко.
Виновата ли в этом Айрин? Мне не хотелось опускаться до уровня Сайхала и обвинять женщину. Мои проблемы с волком могут быть из-за Луны и скорого полнолуния во имя конца великой охоты, которое настанет через девять дней.
— Решение примет Луноликая, — сказал я, пытаясь усмирить гнев.
— И ты его примешь? — спросил бэта усмехаясь. Я гнал прочь от себя мысли, что Айрин могут растерзать. Но нужно было признать очевидное.
— Я приму любое решение во благо нашего клана.
Сайхал кивнул. В этот раз в нем не было недовольства. Он спокойно лег на тюфяк повернувшись ко мне спиной.
Я выглядел совершенно спокойным, пока мой волк рвался и рычал внутри. И где-то в отдаленном уголке своего сознания я слышал его. Слышал своего волка. И он четко говорил:
«Врешь…»
Глава 13
Утром нужно было отправляться в путь. Я быстро оделся и вышел из шатра. Сон в эту ночь ко мне не шел.
Пытался усмирить волка, который бушевал внутри. Запах цветов мучил меня всю ночь, как и мысли о женщине.
Сначала я старался относиться к этому спокойно, но через какое-то время начал злиться. «Ядовитый цветок» так назвал Айрин Сайхал.
Неужели каждый волк чувствует то же, что и я?
В таком случае Айрин в огромной опасности. Но почему меня это беспокоит?