Лиза подскочила, озираясь по сторонам. На другом конце аллеи группка подростков, до этого момента спокойно сидящих на лавочке, сгрудилась вокруг какого-то паренька. Четверо ребят лениво перебрасывали друг другу школьный рюкзак, сопровождая все это гадкими шуточками и смехом. Чуть в сторонке стояли две девчонки. На шее одной из них висела фотокамера. В момент очередного броска она подняла камеру и щелкнула затвором. Ребята снова заржали.
– Эй, вы! – закричала Лиза.
Ребята остановились, оглянулись на ее крик. Мальчишка попытался в очередной раз допрыгнуть до своего рюкзака, но парень поднял его повыше, а второй ткнул мальчика кулаком в живот, отчего тот согнулся пополам и заплакал.
– Да что ж вы делаете, а?! – Лизу захлестнуло возмущение. – Четверо на одного? А вы что смотрите? – набросилась она на наблюдательниц этого шоу. – Вы же девочки! Как вам не стыдно?
– И что же ты нам сделаешь? – гаркнул в ответ самый старший из них. И, подумав, добавил: – Сучка!
Лиза покраснела от гнева, сжала кулаки.
– Это… это неслыханно!
Она обернулась к Яну. Тот почему-то сидел молча, отвернувшись в сторону. Будто все происходящее ничуть не заботило его.
– Сделайте же что-нибудь! – сердито закричала она.
Ян сгорбился еще больше, ответил тихо:
– Я не имею права…
– Что-о?
Лизе показалось, что Ян издевается над ней. Этот человек, поставивший на место Феликса, испугался нескольких зарвавшихся подростков?
Те, в свою очередь, крикнули что-то обидное в ее сторону и дружно засмеялись.
– Это неслыханно, – сказала она, чувствуя, что комок слез начинает подступать к горлу. – Я и не думала, что вы просто трус!
– Не так. – Ян вскинул голову. Кажется, слова девушки задели его.
– Это естественный отбор, – жестко сказал он. – Выживают сильнейшие. Слабые погибают. Так было всегда.
– Но четверо на одного? Разве вы не видите, что это несправедливо? А если бы на его месте были вы? А?
– Я был. – Ян по-прежнему был спокоен.
Это признание поразило Лизу. Она замерла, во все глаза глядя на Яна.
– Мой первый урок, – продолжил он, глядя мимо девушки. – Ни на кого не надейся. Это учит быть сильным.
– Ну нет, – твердо ответила та. – Вы не правы. Это учит только жестокости, а не силе. Если вы не собираетесь ничего делать, я позову полицию. Но вы меня больше не увидите.
Она решительно повернулась, чтобы уйти. Тогда Ян поднялся и взял ее за руку.
– Подождите, – сказал он. – Я сделаю.
Ребята заметили их, прокричали обидное: «Трус!» Ян пропустил это мимо ушей. Тогда в стороне послышалось гудение.
Желудок Лизы сжался в комок от страха и нехорошего предчувствия. Ребята сначала не обратили на гул никакого внимания, но по мере нарастания гула тревожно заозирались по сторонам. А потом все увидели это.
Черный смерч несся над ухоженной тропинкой аллеи. Он надвигался со стремительной скоростью, мерцал золотыми искрами. Что-то в его глубине шуршало, потрескивало и гудело, будто от трения друг о друга тысяч хитиновых тел.
– Осы! – истошно взвизгнула девочка, державшая камеру.
Лиза завизжала. Она хотела броситься прочь, но Ян еще крепче вцепился в ее плечо.
– Спокойно, – сказал он.
Но спокойной Лиза не была. Она ненавидела этих тварей с детства. Возможно, это был какой-то подсознательный, темный страх, не всегда поддающийся логическому объяснению. Но, кажется, сейчас она понимала, почему так боится ос.
Черная туча накрыла ребят, словно покрывалом. До ушей Лизы донеслись вопли – сначала гневные, затем перерастающие в крики боли. Она зажмурилась, закрыла уши ладонями, чтобы не видеть этого кошмара. Будто в неведении было спасение – так маленьким ребенком она накрывалась одеялом с головой, прячась от ночных страхов.
Рядом раздался топот ребячьих ног. Лиза сжалась, рванулась – все равно куда, лишь бы подальше от этого места.
– Прошу вас, не бойтесь, – прозвучал спокойный голос Яна. – Сядьте.
Она открыла глаза.
Ребят нигде не было. В пыли валялись брошенные сумки и разбитая камера.
– Все убежали, – терпеливо пояснил Ян. – Вы можете не волноваться больше.
– Нет, нет! – замотала головой Лиза. – Вы даже не представляете, как я их ненавижу! Этих тварей! Пожалуйста, уйдемте отсюда!
Она едва не плакала.
– Сядь!
Это единственное слово прозвучало как приказ. От былой мягкости не осталось и следа, и Лиза даже не сообразила, что Ян внезапно перешел на «ты». Она просто с размаху шлепнулась обратно на скамейку, огромными от ужаса глазами глядя на своего спутника.
– Я кое-что тебе покажу, – сказал он. – Смотри.
Ян вытянул правую руку ладонью вверх. В центре его ладони Лиза заметила пересекающиеся линии шрамов и подумала, что где-то видела такие же раньше. Но вовсе не это сейчас привлекло ее внимание, потому что в следующую минуту на руку Яна села оса.