Я бы просто добил, без лишних слов.
«Смог» вцепиться левой рукой в шею противника, удерживая его, а точнее почти вися на нем, успел услышать еще глумливое:
— Подергайся мне еще…, — занес тот кинжал для добивания.
А я, будто судорожно, моля о пощаде, приставил к его груди правую и активировал метатель плазмы. Несмотря на умную систему защиты глаз, вспышка ослепила на секунду или полторы. И тут же:
Вскочил, быстро осмотрелся. Доспех врага исчез, а в голой волосатой груди зияло отверстие с кулак величиной, через которое виднелся матовый купол. Удивительно, но Глад был еще жив. И даже смог встать на колени, с каким-то детским изумлением на вполне обычном, даже интеллигентном лице, смотрел то на дыру в своем теле, то на меня.
Вот это живучесть!
Разгон в два быстрых шага, и я изо всех сил пробил в голову врага пенальти. Мягкая человеческая плоть, пусть и с костями, встретилась с усиленной и разогнанной сервоприводами ногой закованной в броню, по прочности превосходящей любую сталь на порядки.
Брызнуло во все стороны мешаниной из крови, костей, кожи, мозгов, зубов…
И тут же:
Не хотелось ни орать, ни прыгать от радости, не распирало. Будто каменная плита сейчас на спину опустилось. Хотелось просто лечь, закрыть глаза.
По краю прошел.
Этот бой истощил полностью.
Но время ограниченно, у меня есть еще дела. Поэтому… Нечего!
Воткнул сборщик, осматриваясь. Да… Кровь и камень. Выщерблены, трещины… Неплохо порезвились, а до нас была ровная поверхность.
И тут же:
Неплохо, неплохо… Многовато очков характеристик или маловато?… Хотя у меня у самого уже не меньше вложено, а то и больше, учитывая, что я иду не по стандартному пути.
Все хлеб.
Ну, а теперь пора отсюда. Активировал пиктограмму выхода:
Вот тоже вопрос вопросов. Столько с собой всего…
И черт с ним!
Взялся за гуж…