Читаем Цель высшая моя полностью

Цель высшая моя

Все знают, что нарушители правил дорожного движения, мягко говоря, вонючки. Но никто не знал, что однажды наступит день, когда это выражение перестанет быть фигуральным — и они действительно завоняют!Еще один рассказ-аутсайдер, родившийся весной 1939-го.

Роберт Хайнлайн , Роберт Энсон Хайнлайн

Научная Фантастика18+
<p>Роберт Хайнлайн</p><p>«Цель высшая моя…»</p><p>Предисловие переводчика</p>

Где же жить начинающему автору, как не в большом городе? Обитатели сонных лощин попивают домашние наливки, зевают на закат и под пение лягушек неспешно ваяют нетленки, обитатели каменных джунглей на ходу глотают бургеры, запивают их дрянным виски и строчат рассказы-однодневки с пулеметной скоростью под нестихающий рёв автомобилей. Да, кстати, эти чортовы автомобили…

Рассказ об автомобилях написан весной 1939 года. В то время Кэмпбелл отчаянно нуждался в коротких вещах, которыми можно было добивать объёмы в «Astounding». Основное место в журнале выделялось под такие бренды, как Док Смит, а оставшиеся странички заполнялись юными дарованиями. Хайнлайн, на самом деле тяготевший к крупной форме («философские романы в духе Эйн Рэнд», никак не меньше), тем не менее, поддался на стимуляцию Кэмпбелла и несколько лет набивал руку и оттачивал перо под руководством Джона.

Трудно сказать, кто от этого выиграл больше. Кэмпбелл был скуп на похвалы и регулярно отфутболивал опусы молодого автора. Хайнлайн страшно обижался и изводил редактора жалобами и пафосными восклицаниями «Доколе!». Это не помешало возникновению многолетней дружбы, связавшей этих людей. Через пару лет Кэмпбелл признал, что стезя Хайнлайна — крупная форма (в 1941-м ему как раз нужны были повести для печати с продолжениями), но тут уже вступили в дело принципы — Боб не мог выкинуть в помойку свои ранние опусы, потому что «любой труд должен быть оплачен».

К тому моменту рассказ уже был отвергнут в десятке журналов. По мнению последнего, Дока Лоуденса, редактора «Future», вещь была слишком длинная. У Хайнлайна не было желания возиться с малоперспективным текстом. Он прекрасно понимал, что этот рассказ (в компании с еще парочкой) скверно написаны, более того, от них «воняет». И здесь он имел в виду, скорее, не литературную, а этическую небезупречность. Однако вещь была написана под Кэмпбелла, в полном соответствии с представлениями Джона о том, каким должен быть научно-фантастический рассказ. И поэтому, подзарядившись энергией на Конвенте в Денвере (его и Леслин фанаты приняли как небожителей), Хайнлайн по возвращению в Голливуд решительно искромсал текст, ужав его до четырех тысяч слов с небольшим и повторно отправил Кэмпбеллу. Тот вернул его с пометкой «слишком банально» — у него тоже были свои принципы — и Хайнлайн с легкой душой отправил текст Лоуденсу.

Прототипом главного героя послужил знакомый Хайнлайна, журналист Клив Картмил. Его воплощением стал типичный американский журналист, энергичный, пронырливый, не обремененный избытком принципов. Второй герой — не менее штампованный изобретатель-самоучка, благовоспитанный, умный и непрактичный. Из этого материала сделано немало историй, успешных и не очень. И этот рассказ мог бы составить достойную пару еще одной истории, «Our Fair City» («Наш чудный город»), приложи Хайнлайн к нему чуть больше усилий. Но этого не случилось, и истории суждено было остаться нелюбимым пасынком Грандмастера.

swgold, 02.05.2013<p>«Цель высшая моя…»<a l:href="#n_1" type="note">[1]</a></p>

Редактор отдела местных новостей велел мне отправляться на угол Седьмой и Спринг.

— Там какая-то история, — сказал он. — Сбегай и проверь её.

— Какого сорта история?

— Они сказали, что она воняет.

— Почему бы нет? — сказал я — Колумбийский банк на одном углу, Первый Национальный Трастовый на другом, а муниципалитет и «Дэйли Тайд» вниз по улице.

— Не умничай, — попросил он. — Я имею в виду — реально воняет, вот, совсем как от тебя.

Для Доббса это нормально — учитывая его язву желудка и его милую женушку, естественно.

— Да что там стряслось-то? — спросил я, игнорируя колкость.

— Похоже, на том перекрестке теперь небезопасно проезжать на машине, — ответил он на полном серьёзе. — После него от тебя несёт, как из телефонной будки. Узнай, почему это происходит.

* * *

Я припарковался и тщательно изучил обстановку. Не было ничего, на что я мог бы указать пальцем[2], но в воздухе что-то витало. Некая нервозность и неопределенность. А время от времени я улавливал какой-то неприятный душок, что-то вроде застарелой гнили. Запах воскрешал в памяти то морг, то китайскую речную лодку[3]. И он послужил мне ключом к разгадке того, что произошло дальше…

Грузовик проскочил светофор в тот момент, когда переключался свет. У него было время, чтобы остановиться, но он этого не сделал — и едва не сбил какого-то доходягу на пешеходном переходе. Последовало пронзительное «пшшшш», водитель грузовика изумленно выпучил глаза, а потом бросился яростно протирать их. Когда он проезжал мимо, я почувствовал это.

На сей раз никакой ошибки — он вонял как целый съезд танцовщиц из стрип-клубов (специальный приз за диапазон и дальность действия).

Грузовик, вихляя из стороны в сторону, прокатился еще несколько ярдов, потом застрял на трамвайных путях. Я пришвартовался рядышком.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аччелерандо
Аччелерандо

Сингулярность. Эпоха постгуманизма. Искусственный интеллект превысил возможности человеческого разума. Люди фактически обрели бессмертие, но одновременно биотехнологический прогресс поставил их на грань вымирания. Наноботы копируют себя и развиваются по собственной воле, а контакт с внеземной жизнью неизбежен. Само понятие личности теперь получает совершенно новое значение. В таком мире пытаются выжить разные поколения одного семейного клана. Его основатель когда-то натолкнулся на странный сигнал из далекого космоса и тем самым перевернул всю историю Земли. Его потомки пытаются остановить уничтожение человеческой цивилизации. Ведь что-то разрушает планеты Солнечной системы. Сущность, которая находится за пределами нашего разума и не видит смысла в существовании биологической жизни, какую бы форму та ни приняла.

Чарлз Стросс

Научная Фантастика