Еще до наступления рассвета с востока пришла страшная гроза, с таким громом и молниями, напоминавшими библейское описание ярости Господней, что Этельстан подумал, уж не навлекла ли настоятельница аббатства в Баркинге гнев святого Этельберга на головы людей, разграбивших ее храм. Ливень хлестал Лондон три дня, а на четвертый, когда дождь прекратился, на долину Темзы упал густой туман, словно накрывший своим холодным недвижимым трупом весь город и реку. Он смешивался с дымом очагов городских жилищ и становился таким плотным, что ничего нельзя было разглядеть на другой стороне даже самого узкого переулка. Лондонцы уже привыкли к этим отвратительным испарениям, но людей, не знакомых с жизнью в этом городе, предупреждали, чтобы они держались подальше от берега, поскольку шум воды в этом промозглом мареве полностью заглушался и одного неверного шага хватало, чтобы свалиться в реку и утонуть.
Весь день это плотное сырое покрывало душило Лондон и окружавшие его окрестности, и, если в нем и скрывалась вражеская армия, ее не было видно и слышно. Разведчики Этельстана докладывали, что неприятель остался в своем лагере возле Баркинга. На заседании военного совета он высказал мнение, что Торкелл не рискнет двинуть своих людей в таком тумане через незнакомую, залитую водой болотистую местность, лежавшую между баркингским аббатством и Лондоном.
– Однако он может послать к нам под прикрытием тумана небольшой отряд, – предупредил он, – чтобы застать нас врасплох и проверить нашу оборону. Наши люди на городских стенах должны оставаться настороже.
Во второй половине дня Этельстан в сопровождении Эдрида обошел крепостной вал между городскими воротами Алдгейт и Бишопс Гейт. По мнению совета, именно на этот участок будет направлять Торкелл все свои атаки. Скорее всего, враг подождет, пока рассеется туман, но гарантировать этого никто, конечно, не мог. Часовые, расставленные по стенам, должны сохранять бдительность, какими бы они не были изможденными после долгих часов вглядывания в непроницаемую стену тумана.
Этельстан находил слово ободрения и поддержки для каждого человека, мимо которого они проходили. В то же время он вслушивался в обычный повседневный шум на улицах внизу. Однако Лондон словно притих, потому что туман поглощал каждый звук. Даже звон церковных колоколов, возвещавших время, звучал приглушенно, как будто их языки были сделаны из свалявшейся шерсти. Он понимал, что не только эта погода заставила приумолкнуть самый большой город Англии. Осознание того, что враг находится на расстоянии полета стрелы и ждет, чтобы нанести свой удар, было тяжким бременем, лежавшим на плечах каждого из горожан. Казалось, что висевший в воздухе страх можно пощупать, как капельки тумана.
Когда они с Эдридом приблизились к деревянной платформе над воротами Бишопс Гейт, перед ними почти мгновенно возникла фигура, закутанная в плащ.
– Уповаю на Господа, – хрипло проворчал недовольный голос, – чтобы вы не начали еще и раздавать эль в этом проклятом городе строго по нормам. Я столько дней провел в седле, так что мне не помешало бы выпить.
– Эдмунд! – воскликнул Этельстан, приветственно хлопнув брата по плечу. – Одному богу известно, как тебе удалось найти дорогу в этом адском вареве, но тебе здесь очень рады. Я думал, что ты сейчас едешь к королю и находишься на пути в Уорчестер. Может быть, ты заблудился в тумане? Привел ли ты с собой своих людей? Постой. Давай выберемся из этой мглы туда, где мы сможем спокойно поговорить.
Когда они уселись за изрезанный стол в дозорной башне подле ворот Алдгейт, он повторил свои вопросы.
– Да, меня вызвали в Уорчестер, – ответил Эдмунд, – но я выехал из Винчестера еще до того, как туда прибыли гонцы. – Он ухмыльнулся. – По крайней мере, в этом королю присягнет элдормен Эльфрик, когда тот спросит его обо мне. Думаю, Эльфрик должен был ехать сюда со мной, поскольку королева написала ему, что вражеская армия находится уже на нашем пороге. Однако, в отличие от меня, он не может проигнорировать вызов короля. – Он сделал паузу, чтобы отхлебнуть эля, а затем сказал: – Что же касается людей, то я привел почти двадцать лучших воинов Эльфрика – большинство из них вы знаете сами, – а также прихватил оружие и продовольствие. Мы приехали бы раньше, но буря задержала нас, а последние десять миль нам пришлось практически ползти. Господи, и сколько уже длится у вас весь этот дьявольский туман?
Этельстан потер затылок, болевший от веса его доспехов.
– Он спустился сегодня утром, и одному богу известно, когда он рассеется. Я не могу решить, на руку нам это или нет. С одной стороны, ополченцы короля смогут вернуться на зиму по домам, однако люди Торкелла будут досаждать нам своим присутствием в Эссексе и Кенте. Мы мало что можем сделать, чтобы помешать им; разве что предоставить убежище всем тем, кто от них бежит.
– Ты думаешь, они нападут на Лондон?