«— Ладно. Дело вот в чем. Ты просыпаешься, ты
После неловкого молчания Марлин подал голос:
— Скажи нам, Кевин.
Он откинулся к стене и скрестил руки на груди.
Марлин должен был бы радоваться уже отснятому, но он не собирался прекращать шоу. Кевин разговорился, и казалось, что представление только начинается.
«— Однако люди смотрят не только на убийц, Кевин, — подсказал Марлин.
—
— Наоборот, Кевин, — печально возразил Марлин, — в последние годы слишком много молодых людей вроде тебя занялись убийствами.
— Какая удача для вас! Вы в нас нуждаетесь! Что бы вы делали без меня? Снимали бы документальный фильм о сушке краски? — Кевин махнул рукой в сторону камеры. — Что все они делают? Они
— Главная цель этих вопросов, — мягко сказал Марлин, — понять, что нужно сделать, чтобы Колумбин не повторялся.
При упоминании
— Я просто хочу подчеркнуть, что те двое плакс не были профессионалами. Их бомбы были пижонством, и расстреляли они какое-то старое ничтожество. Никаких стандартов. Я свои цели тщательно выбрал. А видеофильм, оставленный теми тупицами, приводит в замешательство. Они скопировали меня, и вся их операция была явно спланирована так, чтобы обскакать Гладстон...
Марлин попытался вмешаться:
— Вообще-то полиция заявляет, что Клиболд и Харрис планировали свое нападение как минимум год.
Однако Кевин не обратил внимания на его бормотание.
— Ничто, ни один пункт в том цирке не прошел согласно плану. Это была стопроцентная неудача с начала до конца. Неудивительно, что жалкие кретины покончили с собой. Я думаю, они просто струсили. В этом деле важно не бояться сделанного. И самое отвратительное — они были безнадежными дегенератами. Я читал выдержки из дневника нытика Клиболда. Знаете, кому он хотел отомстить?
— Ты... э-э... сказал, что твои жертвы были «тщательно выбраны», — сказал Марлин, наверняка задаваясь вопросом:
— Они действовали мне на нервы. Я имею в виду, что, если планируешь большую операцию вроде этой, разве не выберешь выскочек, педерастов и уродов, которых терпеть не можешь? По-моему, это главная награда за понесенное наказание. Вы и ваши операторы, как пиявки, жиреете на моих достижениях. Приличные деньги и имя в титрах. А мне приходится отбывать срок. Должен же и я что-то поиметь за это.
— Кевин, у меня есть еще один вопрос, правда, боюсь, что ты на него уже ответил, — произнес Марлин, подпустив в голос трагизма. — Ты испытываешь раскаяние? Зная последствия, ты хотел бы вернуться в 8 апреля 1999 года и снова убить всех тех людей?
— Только одно я сделал бы иначе. Я выстрелил бы дебилу Лукронски прямо между глаз, чтобы он не наживался на своих
— Но по закону этого штата преступники не должны извлекать прибыль из...
Кевин снова повернулся к камере: