— Дай мне шанс, девочка моя, — умоляет он. — Я докажу тебе, что уже исправляюсь. Завтра Белла отправится в Израиль. Билет и паспорт готовы. Сегодня Череп выплатил компенсацию нескольким нашим браткам, распустив их. Я дал отказ на все новые предложения, объясняя свою позицию тем, что у меня сейчас дела поважнее — наша свадьба. Ева-а-а, — он отстраняется от меня и снова заглядывает в мои глаза, — я хочу попробовать другую жизнь. С тобой. Но чтобы это осуществить, надо оградить нас от потенциальных врагов. Если я прямо сейчас заявлю, что я больше не у дел, завтра меня будут жрать бродячие собаки. А самое страшное, что и тебя они не оставят. В лучшем случае, убьют. Иначе превратят твою жизнь в такой ад, что будешь просить о пуле. Они не будут держать тебя в роскошных апартаментах, одевать и сытно кормить. Зато трахать будут толпами. И даже Чех, каким бы могущественным он ни был в наших кругах, тебя не спасет. Предательство у нас жестоко карается. Или ты хочешь выносить кому-то из них сына и потом всю жизнь наблюдать, как из него растят монстра? Увы, такие истории не выдумка. Преступный мир безжалостен. Из-за него пострадал Егор…
Голос Люкова дрогнул. Он признался, что ни Леся, ни Кэп, ни Фаза, ни кто либо другой не виноваты в произошедшем. Он взял всю вину на себя: бесстрашный Люков, не признающий своих ошибок.
— Я люблю тебя, — шепчет он, глядя мне в глаза с кристальной искренностью. — И намечающаяся свадьба для меня не розыгрыш.
— Влад, — я впервые называю его по имени, чувствуя, как щемит мое сердце, — ты идиот. У тебя империя. И ты хочешь бросить все? Ради меня?
— Тебя это удивляет, — кивает он. — Неделю назад я и сам бы посмеялся над таким решением. Но чудеса случаются даже там, где нет и капли света. Я сполна заплатил за все зло, что совершал. Кто-то там, — он указывает вверх, — решил благословить меня, вернув к жизни моего брата, подарив мне племянника, помирив меня с дедом, послав мне тебя. Это дороже любых денег и власти.
— Ох, босс…
— Я не требую от тебя ответа прямо сейчас. Просто дай мне время. Я докажу, что я не пропащий человек. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы добиться тебя.
— Невозможное — это снова запереть меня? — усмехаюсь я, и на его лице появляется улыбка.
— Если только сама попросишь.
Попрошу. Конечно, попрошу. Иначе сбегу еще до свадьбы, снова придумав, на что обидеться.
— Я боюсь обжечься, — признаюсь я.
— Знаю. И обещаю, что со мной не обожжешься.
Мой взгляд опускается на кольцо на моем пальце. Это какое-то безумие, но мне хочется дать ему шанс. Я хочу попытать счастье. Если отец не поймет, мне будет больно, пока он не простит, а он простит, когда-нибудь простит. Если же я сейчас сбегу, мне будет больно до конца жизни, потому что я буду гадать, что бы было, рискни я внести краски в мрачную жизнь сурового босса мафии.
— Ты танцевать умеешь? — спрашиваю я, вновь взглянув на Люкова.
— Что? Ну, умею. А почему ты спрашиваешь?
— Из-за танца жениха и невесты. Пора бы начинать его репетировать.
Он усмехается, покачав головой. Совершенно другой Влад Люков — веселый, расслабленный, настоящий.
— В два ночи?
— А у тебя есть идея интереснее? — Я дотягиваюсь до верхней пуговицы его рубашки.
Он смотрит на стол, на котором я сижу, и задумчиво говорит:
— Не здесь.
— Чем это место хуже?
Видно, как его ломает от нежелания отвечать. Но я и сама понимаю, в чем дело. Явно на этом столе не раз раздвигала ноги Белла, а до нее другие. И только комната Люкова для него храм, куда посторонним вход запрещен.
Хватаю его за ворот рубашки, дергаю на себя и шепчу ему на ухо:
— Окей, босс, показывай своей птичке, где твоя комната.
Глава 25. Люков
Ева — это огонь и вода. То она меня распаляет, то тушит. Иногда с ней больно, иногда чистый кайф. Она не безэмоциональная пустышка. Эта птичка полна энергии и сюрпризов.
Она почти не думает о себе, зато волнуется даже за моих слуг. Встретив поздним вечером горничную, интересуется, почему та до сих пор не в постели. Ворчит на меня, что я заваливаю всех работой. В ресторанах очень скромна при выборе блюд. Настояла заказывать свадебный торт у проверенного другими молодоженами кондитера — «недорого и вкусно». Платье решила взять из готовых, чтобы не переплачивать за эксклюзив, а сэкономленные деньги со спокойной совестью перевела на лечение онкобольных детей.
Дни с ней летят, не успеешь и глазом моргнуть, а ночи еще стремительнее. Девочка ненасытна. Она выматывается, пока не засыпает у меня на груди. А утром я обнаруживаю, что она обнимает меня руками и ногами. Надеюсь, думает, что сбегу. Такая мысль льстит.
Я, как душевнобольной псих, не разлучаюсь теперь с идиотской улыбкой, и мои люди подозрительно косятся.
Расставание с Беллой далось легче, чем мне думалось изначально. Море ее горьких слез и мольба простить меня не проняли. Я отправил ее в свободное плавание, и отныне никакая стерва не очернит честь моей птички.
Список гостей, составленный Фазой, приходится расширить. Он не учел приглашенных со стороны невесты.