Закончив делать бутерброд, я села за стол и уменьшила масштаб камеры, чтобы посмотреть на всю лабораторию целиком, одновременно принимаясь за еду. Хотя на самом деле выглядело не столь впечатляюще: всего три приземистые машины и захламленный верстак. Вот и все, что мне удалось собрать за три месяца работы. Три месяца исследований в области электроники и инженерного дела, сбор любых полезных материалов, которые я могла бы использовать, со свалок или иных мест, из испытаний и неудач. Из постоянных разочарований, когда я осознала, насколько трудно воплотить мои идеи в реальность. Но теперь я была почти готова. Оба моих текущих проекта должны быть закончены к выходным, и тогда я могла бы, наконец, в первый раз выйти в костюме. Оставалось еще миллион и одна вещь, которые я могла и, вероятно, должна сделать, но окончательное решение принято. Я выйду на следующей неделе. Нет, больше никаких задержек. В эти выходные я буду готова.
1.3
В последние месяцы я много времени проводила вне дома в отчаянных попытках выстроить свою производственную линию. Я скрывала это, рассказывая моему папе, что наведываюсь в библиотеку или торговый центр, или просто гуляю. В основном я отговаривалась тем, что посещаю Бульвар, одну из главных туристических достопримечательностей Броктон-Бей. Участок побережья, который пролегал с севера на юг почти на километр, заполненный небольшими магазинами, кафе, ресторанами, деревянными дорожками и пляжами. В какой-то степени это даже было правдой, поскольку я обычно проходила через Бульвар по дороге в лабораторию. Моя лаборатория находилась в нескольких кварталах к северу от Рынка на Лорд-Стрит, мимо северной оконечности Бульвара, в не самом благопристойном районе города. Я старалась добираться днем, когда большинство членов банд отсыпалось или не показывалось не улицах, поэтому все не так плохо. Хотя сегодня вечером я шла по улицам после наступления темноты, и это было довольно устрашающе.
По крайней мере, я взяла с собой сенсор, поэтому сильно не переживала. В любом случае, мало кто будет обращать внимание на человека в рваных джинсах, поношенной толстовке и с грязным рюкзаком. Прогулка по темным улицам была несложной, если учесть получаемую информацию о людях вокруг. В любом случае по сравнению с некоторыми районами Доков, где банды разгуливали как у себя дома, было достаточно легко придерживаться безлюдных мест. Несмотря на вышесказанное пятнадцать минут пути прошли в нервном напряжении, прежде чем я добралась до ржавой открытой двери в переулке между многоквартирным домом и старым заброшенным складом, который я присмотрела для своей лаборатории. Я выбрала его по целому ряду причин, в основном из-за близости к Бульвару, что делало путь относительно безопасным, из-за безусловной заброшенности здания после обрушения крыши много лет назад и из-за наличия подвального этажа, выглядящего, будто никто не бывал там годами.
Я нырнула в открытую дверь, не утруждая себя осмотром. В этот момент никого рядом не было, и я абсолютно уверена, что никто не следил за мной. Пробираться через обломки упавшей крыши приходилось осторожно и неспешно, но вскоре я добралась до лестницы, ведущей к другой ржавой металлической двери, соединяющейся с одним из зеленых значков, который обозначал мою технику в подвале. Было как-то... приятно видеть так много значков моего собственного цвета, собранных в одном месте. На душе становилось легче, в каком-то смысле. Когда я добралась до нижней части лестницы, дверь распахнулась практически беззвучно. Совсем не тот пронзительный скрип, который она издавала пару месяцев назад. Хотелось бы мне утверждать, что здесь применено мое Технарство, но это всего лишь WD40 за двадцать баксов и куча наждачной бумаги. Тем не менее, два маленьких диска из белого материала, прикрепленные болтами к другой стороне двери, были моими изобретениями. Прототип ховер-системы, которую я хотела собрать, и простой, но мощный механизм блокировки.
Я снова щелкнула значок, проходя через проем, и ховер-устройство засветилось, медленно задвигая дверь позади меня, в то время как я следовала по неосвященным коридорам к помещению, которое можно назвать моей лабораторией. Не знаю, для чего этот подвал использовался раньше. Может быть, для офисов или чего-то похожего, так как наверху не было подобного, хотя не уверена. Перестав думать о ерунде, я подошла к еще одной двери, к сожалению, без каких-либо автоматических систем открывания. Навалившись плечом, я отворила створку. Вознаграждением мне послужил поток бледно-белого света, излучаемого генератором энергии, и живописный вид остальной части моей лаборатории.