Даже в возрасте пяти лет Кейтлин была сущим наказанием. А вот Триона отличалась послушанием и никогда не давала родителям повода беспокоиться за нее. Родители даже не представляли, сколько раз Триона удерживала Кейтлин от неприятностей.
Триона лучше всех понимала свою сестру-двойняшку. Она знала, насколько беспокойным характером обладает та и к чему может привести ее тяга к приключениям. И разумеется, саму маленькую Кейтлин любили, несмотря на то что, где бы ни появлялась девочка, как по мановению волшебной палочки, вызывала неразбериху и хаос.
В отличие от сестры Триона превыше всего ценила порядок и всегда старалась делать что-нибудь полезное для своих родных. И потому спасение Кейтлин от еще одной неприятности не представляло для нее ничего необычного и нового. И все же Триона не могла избавиться от ощущения, что на этот раз все не так просто.
Кейтлин, во что ты вляпалась?
Глава 2
— Что ты имеешь в виду, говоря, что она сбежала? — Тетя Лавиния прижала платок к дрожащим губам. Утопая в розовом диване с бахромой, со своей пышной фигурой, затянутой в шелк цвета тутовой ягоды, она, казалось, вот-вот лопнет. — Это трагедия! — скулила она. — Недавно я зашла в комнату Кейтлин — а я, видишь ли, поселила ее в Голубую комнату, потому что из нее открывается самый лучший вид, — и…
— Тетя Лавиния, пожалуйста, не отвлекайтесь.
— Да-да. Прошу прощения. — Глаза тети Лавинии, обычно веселые, теперь были полны слез.
— Я пошла спросить Кейтлин, что она предпочитает на обед — баранину или говядину. Наша кухарка приготовила и то и другое, потому что по средам она всегда ходит на рынок…
— Тетя Лавиния!
Триона взяла себя в руки и мысленно сосчитала до десяти.
— Прошу прощения, моя дорогая. Как уже сказала, я зашла в ее комнату и увидела… — тетя Лавиния с трудом перевела дух, — что комната пуста.
Триона ждала продолжения:
— И?..
Тетя Лавиния заморгала, по-видимому, разочарованная столь прозаической реакцией:
— И все. Она просто сбежала, и я понятия не имею о том, где она может быть. Поэтому я пошла отдохнуть, прихватив свои нюхательные соли, и попыталась решить, что делать.
— А потом?
— Должно быть, я уснула, потому что, когда проснулась, здесь оказалась ты.
— Но почему ты решила, что она сбежала, чтобы выйти замуж без благословения? Возможно, она просто вышла погулять с друзьями? — спросила Триона.
— О нет! Я узнавала: никто к ней не приходил, никто о ней не спрашивал. К тому же она не брала карету, не просила, чтобы для нее оседлали лошадь. Ничего подобного!
Триона попыталась вспомнить многочисленные письма, полученные ею от Кейтлин за последние несколько недель.
— Кейтлин не прочь пройтись по магазинам. Не могла ли она отправиться на Сент-Джеймс к своей модистке? Или в Британский музей? Она любит зал, где выставлены портреты.
Тетя Лавиния вздохнула:
— О Господи! Я и не подумала о том, чтобы поискать ее. Полагаю, мне следовало это сделать, но раз в записке было сказано…
— В записке? — Голос Трионы дрогнул.
— Конечно, есть записка, — сказала тетя Лавиния, смущенно моргая. — Как бы иначе я узнала, что она сбежала и собирается выйти замуж?
— В самом деле, как же иначе? — процедила Триона сквозь стиснутые зубы. — Не могу ли я посмотреть ее?
Тетя Лавиния махнула пухлой ручкой, унизанной огромным количеством колец, показав на письменный стол в углу перегруженной мебелью гостиной.
— Она где-то там. Я просто не могла больше выносить ее вида! Ах, как ужасно со мной поступила твоя сестра! И это после того, как я была так добра и щедра к ней, после того, как дала ей возможность провести этот сезон в Лондоне! Как жаль, что ты не смогла приехать с ней, Триона! Я уверена, ты смогла бы обуздать свою Кейтлин!
— Я бы, во всяком случае, попыталась это сделать. — Трионе удалось выжать слабую улыбку. — Может быть, в этой записке находится ключ к ее местонахождению.
Триона пересекла комнату и подошла к небольшому письменному столу, ощущая ломоту в ногах и спине. Они мчались в Лондон, лишь ненадолго останавливаясь в почтовых гостиницах, и спали на кроватях с бугристыми матрасами. Путешествие заняло более двух дней. Они с Нянюшкой подпрыгивали вместе с каретой на каждом ухабе, при каждом толчке на скверной дороге. Они были вымотаны до предела. А здесь их ждал такой сюрприз. И это еще слабо сказано!
Среди наваленных горой визиток и пригласительных билетов Триона увидела сложенную в несколько раз бумажку и что-то написанное на ней знакомым почерком.