Признаться, вот эти бабские разговоры о будущем меня напрягают. Удивительно, если Полина не понимает, что я не собираюсь разводиться и что-то менять в своей жизни. Для чего? Все женщины плюс/минус одинаковы, в этом мой друг Макс прав, не стоит шатать свою стабильность из-за возможности потрахать другое тело.
Моя сегодняшняя жизнь меня полностью устраивает. Шикарная жена, великолепная дочурка, потрясающий дом, огромный достаток и стабильность в бизнесе, уважение друзей и партнеров, неужели Полина искренне считает, что я готов рискнуть всем ради какой-то няньки? Пусть даже безумно сексуальной и охуенно сосущей? Нет.
Из душа выхожу в прекрасном настроении. Спускаюсь на первый этаж, чтобы попросить Лёлю, нашу домработницу, приготовить мне кофе и что-нибудь перекусить.
Полина после отсоса сразу же уходит, и, честно говоря, мало волнует, где она и чем занята. Меня обслужила — свободна.
Погрузившись в кресло в гостиной, достаю из кармана смартфон и пишу Злате:
«Вы где, малышки, я уже соскучился. Лёля готовит венские вафли, скоро вас ждать?»
Не проходит и секунды, как я отправляю сообщение, и в дом врывается супруга.
Именно так, она влетает словно фурия, и я вижу, что Злата дико напряжена. Лицо ее раскрасневшееся, тяжело дышит, а глаза, как шальные. На руках она держит достаточно тяжелую Риту. Обычно жена так делает, когда куда-то спешит и ей нужно ускориться.
— Злата? — смотрю на нее с удивлением. — Что произошло? Ты очень возбуждена, — подхожу и забираю ребенка к себе. — Привет, Ритуля, — целую ее в пухленькую сладкую щечку. — Что купили с мамой?
— Ничего, — отвечает дочка. — Мы спешили домой. Хочу апельсин, — продолжает своим милым детским голоском.
— Сейчас попросим Лёлю, она тебе почистит, — обещаю ребенку.
— Поставь ее на пол, — слишком резко произносит Злата.
— Прости? — непонимающе на нее смотрю. — Да что с тобой? — приближаюсь, чтобы обнять, но она выставляет руку.
— Не стоит, сначала нужно поговорить. У меня много вопросов, на которые я хочу услышать честные ответы, — ее голос не предвещает ничего приятного.
— Хорошо, — пытаюсь оставаться спокойным, но и сам заражаюсь от Златы нервозностью. — Я позову Полину, пусть заберет Риту, ребенку не стоит присутствовать при взрослых разговорах.
— НЕТ! — слишком эмоционально реагирует Злата. — Маргариту заберет Лёля. — Не хватало, чтобы дочку приглядывала твоя любовница, — продолжает уверенно.
— Что ты несешь? Перегрелась? — смотрю на супругу недовольно. — Думай, что говоришь, она няня нашего ребенка, — придаю голосу возмущение.
— Вот именно! Платон, наша дочь все рассказала! — гневно продолжает.
— Подожди, отведу дочку к Лёле, присядь, налей себе выпить, — дрожащими руками беру Риту и несу на кухню.
Твою мать, так и знал, что Маргарита рано или поздно расскажет о том случае у бассейна. Мысли роятся в голове, а я не знаю, что придумать настолько правдоподобное, чтобы Злата мне поверила. Я не хочу терять семью из-за Полины.
Сука, я ведь уже заканчивал эти отношения, какого хрена повелся на уговоры няньки?
Оставляю дочку Лёле и возвращаюсь в гостиную.
— Налить что-нибудь? — предлагаю жене. — Тебе нужно остыть, может быть, коктейль сделать?
— Зови сюда Полину, будем обсуждать ваши поцелуи и планы пожениться, а шампанское я после открою, и выпью его одна, отметив надвигающийся развод! Если ты мне изменил, — подходит и упирается длинным ногтем в мой торс, — не прощу. Я тебе не Оксана, пойдешь к черту из моей жизни, — зло шипит.
Обычно приветливая и вежливая Злата меня пугает. Похоже, я реально попал. Дотрахался, твою мать…
Глава 6. Платон
— Боже, какая же она волшебная, — прижимаю малышку к себе и не могу налюбоваться. От Риты вкусно пахнет молоком и чем-то сказочным.
Дочка нам со Златой дается нелегко и выстрадана в тяжелых родах. В день икс Маргарита заставляет всех знатно поволноваться, но, слава Богу, все обходится.
Уже через пару минут ее появления на свет, врач вручает мне малышку на руки, и это мгновение — одно из самых важных и ценных в жизни. Спектр эмоций, который я ощущаю в день ее рождения — незабываем.
После пяти дней в больнице и полного обследования Златы и Риты, мы наконец-то оказываемся дома и пытаемся влиться в новую жизнь.
На работе я беру пару отгулов, чтобы помочь супруге на первых порах, а заодно погрузиться в отцовство. Ребенок вызывает во мне такой трепет, которого я никогда и ни к кому не испытывал. Даже к собственной жене, которую безумно люблю.
Рита невероятная — крохотные пальчики, губки бантиком и огромные красивые глаза с длиннющими ресницами. Вырастет красавицей, как мама, что заметно с первых дней жизни.
— Как ты? — спрашивает Злата, запуская руку в мои волосы.