Аттикус сказал - в городе многие люди бедны потому, что бедны фермеры. Округ Мейкомб - фермерский; докторам, адвокатам, зубным врачам каждый грош трудно достаётся. Ущемление прав не единственная беда мистера Канингема. Та часть его земли, которой он имеет право распоряжаться, не спросись совладельца, заложена и перезаложена, и жалкие гроши, которые он получает наличными, приходится отдавать в уплату процентов. Если бы мистер Канингем не говорил лишнего, его взяли бы на общественные работы, но, если он бросит свою землю, она пропадёт, а он предпочитает голодать, но сохранить её и притом голосовать, за кого хочет. Мистер Канингем - из породы непреклонных, сказал Аттикус. У Канингемов нет денег заплатить юристу, вот они и платят, чем могут.
– А знаете, доктор Рейнолдс тоже так работает, - сказал Аттикус. - Когда родится ребёнок, он берёт с родителей меру картофеля. Мисс Глазастик, если вы подарите меня своим вниманием, я вам объясню, что значит ущемление прав. Джим иногда очень точно определяет, что к чему.
Если бы я могла объяснять так же просто и понятно, как Аттикус, я бы избежала кое-каких неприятностей и уберегла учительницу от горького разочарования, но я не умела и поэтому сказала:
– Мисс Кэролайн, вы Уолтера только зря срамите. У него дома нет четвертака, чтоб вам вернуть, а хворост вам ни к чему.
Мисс Кэролайн стала как вкопанная, потом схватила меня за шиворот и потащила к своему столу.
– Джин Луиза, ты мне надоела, - сказала она. - Ты во всех отношениях плохо начинаешь, моя милая. Протяни руку.
Я думала, она сейчас плюнет мне на ладонь - в Мейкомбе только для этого и протягивают руку, это освящённый веками обычай, так скрепляют у нас всякий уговор. Не совсем понимая, о чём же это мы с ней уговорились, я оглянулась на ребят, но весь класс в таком же недоумении смотрел на меня. Мисс Кэролайн взяла со стола линейку, раз пять или шесть легонько хлопнула меня по руке, а потом велела стать в угол. Тут только до ребят дошло, что мисс Кэролайн меня отлупила, и все покатились со смеху.
Мисс Кэролайн пригрозила, что им тоже достанется, и первый класс опять захохотал, отрезвило его только появление мисс Блаунт. Коренная жительница Мейкомба, пока ещё не посвящённая в тайны «десятичной системы Дьюи», мисс Блаунт стала на пороге - руки в боки - и заявила:
– Если тут в классе ещё кто-нибудь пикнет, всех взгрею, так и знайте! Мисс Кэролайн, из-за этого крика и шума шестой класс не может сосредоточиться на пирамидах.
В углу я стояла недолго. К счастью для мисс Кэролайн, зазвенел звонок, и все пошли завтракать. Я выходила последней и видела - мисс Кэролайн тяжело опустилась на стул и уронила голову на руки. Если б она обошлась со мной получше, я бы её пожалела. Она была такая хорошенькая.
3
Я немного отвела душу - налетела во дворе на Уолтера Канингема и давай тыкать его в землю носом, но тут подошёл Джим и велел его отпустить.
– Связалась с маленьким.
– Никакой он не маленький, - сказала я. - Из-за него я плохо начала.
– Брось, Глазастик. За что ты его?
– У него не было завтрака, - сказала я и объяснила, как мне попало из-за Уолтерова питания.
Уолтер поднялся на ноги и молча слушал. Он слегка сжал кулаки, будто ждал - вот-вот мы оба на него накинемся. Я затопала было на него, чтоб он убирался, но Джим придержал меня за плечо. Внимательно оглядел Уолтера, потом спросил:
– Твой папа - мистер Уолтер Канингем из Старого Сарэма?
Уолтер кивнул.
Он был такой чахлый и тощий, будто отродясь не ел досыта, глаза голубые, как у Дилла Харриса, и слезятся, веки красные, а в лице ни кровинки, только кончик носа красный и мокрый. Он беспокойно теребил лямки комбинезона, дергал крючки.
Джим вдруг весело улыбнулся ему.
– Пойдём к нам завтракать, Уолтер, - сказал он. - Мы будем очень рады.
Уолтер просиял, но сразу опять насупился.
Джим сказал:
– Наш отец с твоим отцом друзья. А Глазастик - она просто шалая. Больше она тебя не тронет.
– Это ещё как сказать, - возмутилась я. Чего ради Джим даёт обещания, не спросясь меня? Но ведь драгой ценное время уходит. - Ладно, Уолтер, я тебя лупить не буду. А ты фасоль любишь? Наша Кэл здорово стряпает.
Уолтер стоял столбом и кусал губы. Мы с Джимом уже махнули на него рукой и почти дошли до Рэдли, и тут он заорал вдогонку:
– Эй, я с вами!
Когда Уолтер нас догнал, Джим завёл с ним светский разговор.
– Тут живёт злой дух, - сказал он, показывая на дом Рэдли. - Слыхал про него?
– Как не слыхать, - ответил Уолтер. - В первый год в школе я чуть не помер - наелся орехов. Говорят, он их нарочно отравит да и кидает через забор.
Сейчас, когда мы шли втроём, Джим вроде совсем не боялся Страшилы Рэдли. Даже расхвастался.
– Один раз я подошёл к самому дому, - сказал он Уолтеру.
– Некоторые подойдут один раз к самому дому, а потом мимо и то бегом бегают, - сказала я облакам в небе.
– Кто это бегает, мисс Придира?
– Ты бегаешь, когда один.