— Зачем он вам? — успел спросить Василий, прежде чем мир вновь задышал. — Он же теоретик!
На этот раз Морган улыбаться не стал.
— Мы живем в смутные времена, господин Киприянов. Еще неизвестно, что в ближайшее время наберет цену.
Воздух лаборатории вновь наполнился тихим жужжанием.
— Три! — продолжил Василий.
Тесла медленно потянул рубильник на себя.
— Два! — считал Киприянов, глядя сквозь оконное стекло на вышку. Ажурная мачта венчалась тарелкой, напоминавшей не то шляпку гриба, не то тот злополучный кусок хрусталя хитрой огранки. По собранному из стальных стержней конусу начали пробегать сиреневые всполохи.
Тесла прошептал что-то на сербском.
— Один! — выдохнул Киприянов.
Сто миллионов вольт сорвались фиолетовой вспышкой с излучателя башни и устремились в наднебесную высь. Чтобы превратить в космическую пыль летящий на город Петра метеорит.
Василий Онуфриевич Киприянов закрыл глаза.
Где-то на высоте в десятки тысяч километров свершилась история. Луч смерти, что создал спасенный когда-то мальчишка, сделал свое дело. Остаточный импульс сменил от удара угол атаки, вошел в атмосферу и понесся над Сибирью с юго-востока на северо-запад.
Над Южным болотом близ реки Подкаменной Тунгуски взошло новое солнце. Огненный смерч раскидал вековые деревья. Небо затянуло аспидными тучами.
Грохнуло, и из расколотых небес хлынул на опаленную землю черный проливной дождь.