— Ну-ка прекратите! — грозно окликнула я их, увидев, что двое мальчишек уже вцепились друг другу в воротники, готовясь устроить банальнейшую детскую драку. — Разве вы забыли о том, что драки запрещены? Любые вопросы вы можете решить словесно!
Я ждала, что мне будут дерзить, или, может, вновь применят магическое внушение, но дети стояли, понурив голову, и терпеливо выслушивали, пока я отчитывала их и напоминала о правилах поведения. Может, дело было, конечно, вовсе не в магии, просто у меня стало больше авторитета, но почему-то я очень отчетливо ощущала, что прежняя реакция учеников на меня являлась не слишком адекватной. Хорошо, что это изменилось сейчас.
Если бы ещё Алессандро был здесь… Не его же рук дело эти манипуляции, верно?
Но Алессандро, в отличие от своего жениха, я почему-то верила безоговорочно. И, увидев, что Макс всё ещё ждет меня с цветами, решительно повернула к общежитию и увела детей за собой.
Пусть лучше считает, что у меня дела и я не могу взять тот букет… Чем бы эти цветы на самом деле ни оказались.
22
Время до суда пролетело как один час. Казалось, ещё несколько минут назад я в темноте смотрела внимательно на гладкий камешек и сжимала его в руках, как уже наступило утро, и мини-портал действительно прогрелся, предупреждая меня о будущем использовании магии, а потом вспыхнул.
Перемещение было совершенно неприятным. Я так и не привыкла к порталам, хотя уже довольно многое знала о них. Например, то, что пространственные разрывы легче всего устроить Лордам, а вот более слабые маги, даже такого уровня, как Алессандро, должны относиться к этому вопросу предельно осторожно. Заодно стало понятно, что моё перемещение в иной мир не обошлось без вложенной энергии лордов. Иначе перейти я просто не смогла бы!
Что ж, и сейчас именно благодаря Теодоро я оказалась в зале суда. Моё место оказалось среди свидетелей; тут было несколько учителей, брат леди Бельтейн, а ещё люди, которых я не знала и вовсе.
Так уж вышло, что как раз с братом убитой я и сидела рядом. Он же, завидев меня, склонился ближе и прошептал:
— Я слышал, вы были рядом с телом моей сестры, когда лорд Алессандро творил своё колдовство.
— Я… Да, так получилось, — кивнула я, не видя смысла отрицать очевидное, ещё и в суде. — Но спешу вас заверить, что лорд Ренци вовсе не желал ничего дурного. Он не собирался… Использовать вашу сестру во зло. Просто хотел найти убийцу!
— В ту ночь, когда это случилось, — дернул плечом мужчина, — она мне снилась. Пришла во сне наконец-то такая же, как была раньше, до этой треклятой школы. Сказала, что теперь она свободна. Так что я вам верю.
— Вы ведь скажете об этом, правда? — с надеждой прошептала я.
— Таить не вижу смысла. Но ведь убийцу так и не обнаружили! Так как же она освободилась?
Я не успела ответить. Громогласное «встать, суд идет» было способно прервать какой угодно разговор, в том числе более откровенный и важный, чем наш.
Зал суда выглядел абсолютно также, как и в моём мире. Ну, или похоже — потому что мне не доводилось бывать в судах, я видела их только по телевизору, в новостях или разнообразных фильмах. Те самые ряды стульев для гостей и свидетелей, сейчас наполовину пустующие, потому что заседание было закрытым. Место для судьи, места для прокурора и адвоката… Единственное различие — судейских кресел было двое. Я предположила, что их должны были занимать Тёмный и Светлый Лорды и не прогадала.
Действительно, Теодоро и Луиджи заняли свои места и почти одинаковыми взглядами окинули зал. На лицах их лежала печать равнодушия, но я подозревала, что это спокойствие очень напускное. Скорее всего, мужчины просто разыгрывают своё спокойствие, не желая показывать, что чувствуют на самом деле. Как минимум Теодоро высказывал немалое беспокойство касательно судьбы своего друга.
Но сейчас он вынужден был демонстрировать отстраненность.
Обвинитель тоже явился. Это был маг в строгой тёмной мантии, довольно пожилой, и смотрел он на всех так, словно не видел. От этого взора сделалось неприятно, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не задрожать под чужим суровым взглядом.
Адвоката не было. Зато ввели Алессандро, и я дернулась, с трудом сдержавшись, чтобы не встать со своего места и не подойти к нему. Понимала, что делать этого ни в коем случае нельзя, всё, что будет указывать на мою предвзятость и желание его освободить, сыграет против него же.
В помещении воцарилась гробовая тишина. Все жадно рассматривали узника, остановившегося за магической решеткой.
Алессандро выглядел предельно спокойным. Я с облегчением поняла, что никаких физических увечий у него не появилось. Нет, у меня не было ни малейшего повода подозревать в чём-нибудь подобном Теодоро или Луиджи, но мало ли! Вдруг всё-таки кто-то будет плохо обращаться с арестантом?
Но Ренци смотрел бодро, взгляд его был осознанным взглядом совершенно здорового человека, кроме того, прекрасно понимающего, по каким причинам он мог оказаться в подобном месте.