– Чертовы кулички, – пробормотал он недовольно, стряхивая с себя жука, – Хоть бы асфальт проложили!
Бычок с бубенчиком на шее, встретившийся посреди дороги, угрожающе нагнул свою рогатую голову и остаток пути до ближайшего здания, Азат преодолел бегом.
«Магазин» – значилось на ветхом здании.
Тротуар, выложенный из досок, забор из штакетника. Унылые избушки, вытянувшиеся вдоль единственной улицы.
Азат увидел бредущую к магазину женщину с коляской и приосанился.
– Сейчас подойдет ближе и я у нее спрошу, – решил он, откашлявшись.
Старая, выцветшая на солнце коляска скособочилась в одну сторону, младенец в коляске орал, крышка бидона, который тащила в руках женщина, брякал.
– Извините!
Женщина обернулась и Азат увидел карие глаза, которые узнал бы из тысячи.
Женщиной оказалась Эльмира.
Но как она изменилась! Нелепый пучок на голове, обвязанный платком, старая вытянутая «бабушкина» кофта, вся в затяжках и колючках репейника. Отвисшие на коленках треники и резиновые тапки на ногах.
Сама Эльмира заметно поправилась, став более округлой.
Она зыркнула на Азата и тут-же повернулась на сто восемьдесят градусов. Бидон брякнул, коляска заскрипела, а сама Эльмира помчалась от него наутек.
Азат поплелся за нею.
– Эльмира, это ведь ты? – крикнул он ей.
Та промолчала, поэтому Азат последовал за нею. Ему хотелось поговорить.
Ребенок в коляске снова возмущенно заорал.
Азат вытянул шею, чтобы разглядеть его. Нет, слишком маленький, и года нет.
«Не мой», – пронеслось в его голове.
– Стой, Эльмира!
Азат снова увяз в коровьей лепешке.
– Да подожди ты! Я волновался за тебя!
– А чо за меня волноваться? – «чокая», буркнула Эльмира. – Я хорошо живу. Замужем! Аким – хороший муж, люблю я его! Сын вот у нас!
Повернулась к нему, одарила ненавидящим взглядом.
– Чо тебе надо? Я не хочу тебя видеть! – злобно выкрикнула она.
И Азат остановился.
Он проводил взглядом девушку, с которой ему когда-то было очень хорошо.
После нее с другими не складывалось.
Те, другие, казались неискренними. «Хитровыделанными», «себе на уме».
Только Эльмира оставила в его душе след.
Азат повернул обратно, опустив голову.
Он опоздал. Уже слишком поздно.
Хотелось пить. Он решил зайти в магазин по пути.
***
Эльмира шла и ревела, вытирая ладошкой слезы.
Как же она его любила и любит. И кажется, не сможет забыть! Он так и остался в ее сердце. Никто не мог его вытеснить и затмить.
Войдя во двор, Эльмира выронила из рук бидон и вынула орущего младенца из коляски. Она прошла в избушку и передала ребенка на руки заспанной женщине.
– Купила яиц? – хриплым голосом поинтересовалась женщина и Эльмира мотнула головой.
– Нет. Магазин закрыт!
Женщина села на стульчик и вытащив грудь, принялась кормить младенца, который тут-же прекратил орать.
– Чево так? – недовольно вскинулась она, – Время девять, спит что ли продавщица?! Ладно, сама схожу! А чо грустная? Случилось чо?..
– Ничего, – ответила Эльмира.
Девушка побежала во двор и влезла по лестнице на сеновал, расположенный на чердаке сарая.
Там она прижала коленки к груди и принялась плакать.
Она выплакала все свои слезы и уже собиралась спуститься, когда вдруг поняла, что кто-то карабкается по лестнице к ней вверх.
– Кто там?! – грозно крикнула она и чуть не онемела, когда в сеновал влез Азат.
– Ты… Чего ты?! – вскрикнула Эльмира, не веря своим глазам. – Что ты тут делаешь?!
Азат взошел по деревянной приставной лестнице, отряхнулся от налипшего сена.
Помотрел ей в глаза. Понимая вдруг, какими же родными они для него стали.
– Зачем соврала? Нет у тебя никакого мужа. И ребенок этот был не твой, а твоей сестры.
Эльмира вскочила. Он быстро раскрыл ее наивный обман. Она попыталась пробежать мимо Азата, так ей было стыдно за свой внешний вид, но Азат схватил ее и крепко прижал к себе…
…Очнулась она, только когда Азат протянул ей в ладошке кольцо.
Оно, кольцо, блестело в лучике солнца, проникнувшем в щель между досками сеновала.
– Купил тебе его еще тогда, три года назад. Подарить хотел, но ты же от меня сбежала.
Эльмира принялась торопливо одеваться.
– Я сбежала, потому что ты меня обманывал! Ты использовал меня в своих целях! Ты знал, что меня готовили в жены Инсафу!
Азат схватил ее, упирающуюся и прижал к своей груди.
– Дурак я был. Прости. Ты поедешь со мной?
Ее полнота ему даже нравилась. Но он уже решил, что заставит ее посещать тренажерный зал.
– Поехать с тобой? В качестве кого? Подружки для секса? Ни за что! – прошипела она, вспомнив свои обиды.
Азат схватил ее снова, боясь отпустить.
– Ты поедешь! Все-равно поедешь, если нет, то твои родители сами мне тебя отдадут!
***
Азат был прав: старенькие родители Эльмиры сразу-же «разрешили» ему забрать их дочь с собой в город.
– С ума сошли? – упиралась Эльмира, – Он же не свататься пришел! Вы его вообще не знаете и уже готовы меня ему отдать!
– Доченька! Ну каких сватов тебе надо? Раньше надо было думать о сватах, когда сплетни о тебе грязные еще не ходили! А теперь хоть кто попросит – отдадим! Да и не похож он на плохого человека! – встала горой за Азата мать Эльмиры.
Отец и сестра согласно кивали головой.
– Да ну вас всех! – обиделась Эльмира.