Откуда такая уверенность? Окиньте взглядом вышеизложенную историю украинского народа от славянских племен VI в. до актуальной попытки создать гражданскую нацию в XXI в. — у нас нет иного выхода. И не из-за безысходности или запрограммированности «украинского исторического процесса» на некий успех. Мы, как и другие, уже многие поколения «придумываем» себе основания для достойной жизни, опираясь на наше прошлое — мы протягиваем ниточку надежных житейских оснований из прошлого через настоящее в будущее. Но в наших «выдумках» есть много очень реальных вещей: «история украинцев» имеет дело с реальным народом, живущем на своей Родине Бог знает сколько лет; «история Украины» — со всеми, кто жил и живет на реальной территории нынешнего украинского государства. Поэтому никто не может сказать, что у них нет общего прошлого и не должно быть общего будущего.
Возможно, в какой-то из многочисленных «историй России» и не найдется место для такой соседней страны, как Украина: это если Россия — от Ужгорода до Владивостока. Но не будем придираться к соседям: это их личное дело. Если живешь в свободной стране — можешь научиться уважать свободу других. Жаль, правда, что другие не всегда уважают твою свободу.
Подобно другим народам мы будем «выдумывать себя» — как и делали это все те полторы тысячи лет, сколько осознаем себя на своей земле. Конечно, один факт «долгого пребывания» здесь далеко не главный аргумент.
Важен смысл, идея. А «украинская идея» всегда была идеей уже упомянутого человеческого достоинства. И в этом вопросе совершенно неважно, сколько было адептов украинской идеи в разное время или как в разное время называли себя те, кто сегодня называется «украинцами».
«Украинский национализм» вполне подпадает под подзабытую риторику «вождя мирового пролетариата» В. И. Ленина: он был всегда национализмом «угнетенной нации» и не нес в себе заряда «великодержавного шовинизма». В силу известных исторических обстоятельств люди, называвшие себя «свидомыми украинцами», всегда находились в оппозиции. Стать «русским» или «поляком» последние 500 лет было проще. Украинский проект последних 200 лет был обречен обстоятельствами на борьбу с притеснениями, унижениями и тиранией. И если каждый национализм имеет две ипостаси: «для себя» и «по отношению к другим», то украинский все время должен был искать себе поддержку среди соотечественников другой национальности и противостоять внешним давлениям. Поэтому часто идеологами и участниками украинского движения все время оказывались люди неукраинского этнического происхождения — просто имеющие совесть. Один из инициаторов Кирилло-Мефодиевского общества — Николай Костомаров — был наполовину русским; зачинатель «украинской истории» и «хлопоман», человек, отвергнутый своей социальной средой, — польский шляхтич Владимир Антонович; один из авторов радикального украинского национализма — русский Дмитрий Донцов; идеолог украинского консерватизма и монархизма — поляк Вячеслав Липинский. В XXI в. украинство имеет шанс создать общий для всех живущих в стране Украинский Дом. Что, правда, безусловно подразумевает со стороны всех граждан знание и уважение украинского языка, украинской истории и любовь к своей Родине. Слава Богу, Украина не охвачена манией величия. Да и вряд ли когда-нибудь станет великой державой — но, может, это как раз и хорошо? Неплохо быть и «средним европейским государством». Из всероссийской гражданской войны 1917–1920 гг. в свою неожиданную независимость вырулила, например, одномиллионная Эстония — лишь благодаря своей внутренней консолидации, мудрости и терпению своих политиков и военных. А до этого у них даже не было «самостийников»! А 40 миллионов украинцев пропустили свой шанс. Тогда.
Возникает вопрос: а является ли то независимое государство, которое существует с 1991 г., настоящей «Украиной»? Мой ответ: пока еще нет, поскольку УКРАИНСКОЕ государство должно кое-чему соответствовать. Существует ряд критериев, согласно которым Украина и должна выстраивать свою легитимность, — и далеко не все они пока что соблюдены.