«Отклоняйтесь от опоры как можно больше, насколько вам позволит страховка. Это позволит нагрузке распределиться так, что лазы будут прочно заклинены на поверхности, и их срыв станет маловероятным. А вот если прилипнуть к опоре, как поступает большинство непрофессионалов, то появится риск, что лазы соскользнут, и тогда вы на страховке прокатитесь до земли».
– Вот черт, – услышал Гуров в темноте голос друга сразу после характерного звука, означающего, что железная кошка крепко зацепилась за край ограждения. – Не знаю, как ты, Лева, а лично я завтра же бросаю эту опостылевшую службу и записываюсь на скалодром!
Гуров подтянулся на тросе и вслед за Станиславом оказался на ограде, толщина которой составляла примерно полметра. Колючая проволока в этом месте была слегка примята. Сыщики накинули на нее грубое покрывало, специально захваченное с собой, чтобы не повредить одежду, и посмотрели вниз. Высота метра четыре с половиной, стена отвесная. Прыгать с нее опасно. Хоть обувь у них обоих и удобная, но можно запросто заполучить вывих, а то и перелом. Поэтому господа полковники спускались осторожно, опять же пользуясь кошкой и лазами.
Наконец-то они оказались на земле, покрытой влажной травой, открепили лазы, осторожно сложили их возле забора вместе с кошкой.
«Неплохо мы, в общем-то, справились, хотя и прав был Крячко. На скалодром походить будет вовсе не лишним. Когда какой-то физический навык долго не тренируешь, это может весьма плохо сказаться. А наша полицейская работа осечек не прощает».
– Поздравляю, коллега, есть еще порох в пороховницах. Что за черт?! – Последние слова Станислав произнес почти неслышно.
Твердая рука Гурова плотно приложила его к холодной поверхности забора.
Старинные друзья синхронно посмотрели в сторону и тут же отвернулись. Оба были одеты в серое и на каменной ограде выглядели практически незаметными. Чтобы не отсвечивать лицами, они прижались к забору, надвинули кепки на затылки, чтобы не выделялись волосы.
Причиной такого поведения сыщиков стал нарастающий звук мотора, который доносился со стороны автоматических ворот. Сомнений быть не могло. К дому Синей Бороды только что подъехал автомобиль.
Гуров, стоявший чуть ближе к тому месту, откуда шел нарастающий звук, изо всех сил скосил глаза. Сперва ему казалось, что приглушенный свет фар разбавляет темноту, потом послышался негромкий звук закрывающихся автоматических ворот.
«Что тут происходит, черт возьми? Что бы ни было, но продолжать стоять вот так нам становится опасно», – подумал Лев Иванович и дал знак Станиславу.
Тот, как и всегда, безошибочно его понял.
Неуловимыми движениями, не поворачивая лиц, сыщики начали перемещаться, буквально стекать в сторону реки, где забор закруглялся и далее устремлялся в бесконечность. На этом самом месте росли кустарники, которые сейчас были щедро покрыты довольно большими желтыми цветами, напоминающими розы. Собственно, это и были плакучие, они же каскадные штамбовые розы, но, конечно, сейчас сыщики не замечали их красоты. А вот раскидистая крона, напоминающая собой плакучую иву, оказалась как нельзя кстати. Господа полковники могли надежно укрыться за ней.
Так они и сделали, причем очень даже вовремя. Ночь разрезал свет фар, и на дороге появился автомобиль. Это была белая «газель» с кузовом, закрытым серым тентом, с номером С 537 ВМ.
Гуров и Крячко, надежно скрытые под свисающими ветвями, во все глаза смотрели на грузовичок, двигающийся с невысокой скоростью. Вот он прокатился по дорожке, выложенной декоративным камнем, повернул направо и двинулся к лесополосе, постепенно скрываясь с глаз, внимательно следящих за ним. Лев Иванович напряженно всматривался вдаль, пока автомобиль не стал маленькой точкой. Тогда он раздвинул кусты и попытался разглядеть, куда в итоге направилась машина.
Крячко толкнул его под бок, напоминая об осторожности. Неизвестно, все ли внезапные ночные гости находились в машине. Ведь кто-то из этой публики вполне мог затаиться где-то на территории и заметить сыщиков, скрывающихся в кустах роз. В случае обнаружения им вряд ли удалось бы доходчиво объяснить свое присутствие здесь. Романтическое свидание при луне тут явно не прокатывало.
Гуров кивнул, позволил ветвям вновь сомкнуться, но продолжал напряженно вглядываться в даль. Там, на границе с лесополосой, автомобиль наконец-то остановился, но для чего – было непонятно. Время тянулось бесконечно, но никаких других посетителей на участке вроде бы не было.
Станислав думал так же.
– Не знаю, кто это пожаловал, но ноги затекли изрядно, – сказал он, лег на живот и с наслаждением потянулся. – Если они там надолго зависли, то совершенно зря. Мы так не договаривались. Чего эти фрукты вообще там делают?