Я заговорил на испанском — не все жители Валенсии свободно говорят на валенсийском. С обращением «донья» тоже, похоже, не ошибся — женщина и глазом не моргнула, видимо, оно было ей привычным.
— Да, конечно. Она у меня дома. Давайте пройдём к машине, здесь недалеко.
Мы прошли на парковку, где нас ждал седан представительского класса и пара машин сопровождения. Кто же эта женщина, если поиграть в гольф она ездит с телохранителями?
В машине хозяйка села на переднее сиденье, предоставив нам с Леной разместиться на заднем.
— Домой, — бросила она водителю, после чего обернулась к нам, — скажите, а как вы оказались на поле? Мои телохранители никого обычно не подпускают.
— Мы прилетели, — улыбнулся я, после чего донья Асунсьён приобрела вид сосредоточенный и слегка отрешённый. Видимо, она размышляла, мы так шутим над ней, или те, с кем она имеет дело, действительно могут взять и прилететь.
Мы въехали на территорию виллы, сопровождающие остались во дворе, а хозяйка пригласила нас в дом. На стене висели семейные портреты, и я, наконец, понял, у кого мы в гостях.
— Вы — сестра Риты Барбера? Мэры Валенсии?
— А вы разве этого не знали? — женщина неподдельно удивилась.
— Нет, нам не сказали. Мы нашли Вас по браслету.
— Ах да, всё время забываю, — она на секунду задумалась. — Знаете, мне иногда кажется, что я заключила сделку с дьяволом.
— Так это или нет — зависит от точки зрения. Если Вы читали «Мастер и Маргарита»… не всегда зло — это дьявол. Куда чаще зло — сами люди.
— Ну да, ну да… пойдёмте, посылка в сейфе, в моём кабинете.
Сейф выглядел весьма надёжно, да и вооружённая охрана во дворе добавляла значительности. Похоже, Наставник выбрал именно этого посредника из-за положения в обществе. А значит, посылка имеет значительную ценность.
— Мне на словах передали, что содержимое большим секретом не является, но если я увижу его, меня ждёт разочарование. Если не возражаете, мне бы очень хотелось узнать, что внутри. Потому что передал мне её такой человек, который на роль курьера никак не подходит.
— Давайте развернём и посмотрим.
Внутри был наруч. Обычный, ничем не примечательный, такой можно купить в любом магазине сувениров. И короткий цилиндр, на вид железный или чугунный. Если это то, о чём я думаю, то сейчас главное не выдать волнения.
— Должна признаться, тот человек был прав. Некоторое разочарование я действительно испытываю.
— Не всё то золото, что блестит. Для владельца этих вещей они имеют очень большое значение.
— Что ж, возможно, — хозяйка кабинета тряхнула головой. — Я могу вам ещё чем-то помочь?
— Пожалуй, — я передал ей фотографию Марии Кросс. — Эта женщина создала нам определённые проблемы, и если она в городе, то может создать проблемы и вам. Недавний взрыв в тоннеле в Неаполе — её рук дело.
— Почему бы не объявить её в международный розыск? — донья Асунсьён сделала несколько цветных копий и вернула мне снимок.
— Это
— То я дам Вам знать через браслет, я знаю, как это работает. Как долго вести наблюдение?
— Завтра вечером можно снимать.
— Хорошо, я всё сделаю. Мой прямой номер телефона, — она протянула мне визитку, — для связи, чтобы вам не пришлось лететь, если что.
— Благодарю, — я улыбнулся. — Пожалуйста, распорядитесь, чтобы нас выпустили за ворота, дальше мы сами.