– Твои тоже платят за подобные декоративные штучки? – крутя между пальцами фишку, спросила Подружка и после короткого промедления также отправила карты в сброс. – Они могли столько сэкономить, просто попросив нас. – Подружка убрала голубые волосы за уши. – Ты опять считаешь карты, Скрытница? Мы же договаривались.
Скрытница, чья огромная ставка выбила противников из игры, сгребла все фишки со стола и широко улыбнулась.
– Может быть.
В Комнате появилось ещё двое. Шутник с разбега запрыгнул на покерный стол и начал топтать ногами фишки и карты. Трусиха же робко подошла к Наставнику и встала за его спиной, стараясь держаться подальше от первого. Скрытница одним щелчком забрала со стола фишки, а другим убрала плотность столешницы, и Шутник со смехом провалился внутрь каркаса.
– По-вашему, Кейн не перегибает палку? – тихо произнесла Трусиха, когда тот умолк. – Тематические задания становятся всё опаснее. – Она принялась нервно покусывать большой палец.
– Не переживай, он знает, что делает, – мягко ответил Наставник и дотронулся до её плеча.
Глава 4
День 1997
Серебристый скайборд нёсся на пределе, скользя по вертикальной поверхности здания. На периферии мелькали нечёткие образы детей внизу. Сердце билось в ушах, а на кончиках пальцев ощущался приятный трепет. Маршалл был на взводе и одновременно с этим чувствовал эйфорию. Десятки энергетиков лишили его возможности трезво размышлять, но этого и не требовалось, ведь план не предполагал импровизаций.
Поглядывая вниз, Маршалл проверял, не решился ли кто-то последовать за ним, хоть и мотивов для такого поступка, кроме банального любопытства, на ум не приходило. В очередной раз опустив глаза, он заметил, как мальчишка в жёлтом, шедший позади шумной компании, внезапно исчез.
Маршалл не спал уже четыре энергодня. Он потратил более пятисот очков на энергетики ради того, чтобы провернуть с друзьями ограбление соседнего сектора. Долго не заморачиваясь, они единогласно решили действовать по задумке Рамона: Маршалл, Миккель, сам Рамон и Ян, прозванный Новичком, отправляются в разные части Девятого и обчищают каждый по три отмеченных на карте дома, скидывая награбленное в антигравитационные мусорные мешки и возвращаются.
Автором идеи и создателем маршрута ограбления выступал Рамон, чья лень подстегнула выбрать в качестве цели Девятый сектор; тот находился ближе всего к его дому. Основным же вдохновителем и вместилищем неиссякаемого энтузиазма являлся Миккель. Он мог запросто поднять всех и потащить в Девятый на слежку, чтобы узнать, куда дети направляются после того, как их точки пропадают с карты. Маршалл искреннее горел идеей стать бандитом, но откладывать привычные занятия не хотел.
– Границу не закрывают! – не сдержавшись, вспылил он на второй энергодень слежки. – Завтра продолжим. Мы не опаздываем.
– Ты совсем не слушаешь? – Рамон пощёлкал пальцами перед его лицом, за что тут же получил раздражённый шлепок по руке. – Мы по сто очков теряем ежедневно, ради экономии карту каждому не покупаем, а ты не понимаешь к чему спешка? Ты серьёзно?!
– Тогда специально для тебя. – Рамон под утомлённые вздохи развернул голограммный экран с таблицей и графиком. – Чистая прибыль напрямую зависит от количества уплаченных откупов и стремиться к нулю.
– Повторная лекция по экономике меня не переубедила. Всё равно это глупая скупость, – буркнул Маршалл.
Рамон с Миккелем переглянулись и взорвались смехом.
– Друг, ты постоянно на наказаниях торчишь ради фильмов, – переведя дух, выпалил Миккель и хлопнул его по плечу. – Ты тотали11
Скрудж. О-о-о! – Он раскрыл рот, но вместо слов начал громко втягивать воздух и, лишь успокоившись, продолжил: – Мы влезли в твоё время. Не можешь смотреть фильмы и дичаешь. И голосовал против энергетиков тоже поэтому. Обычно же ты вливаешь их в себя литрами.– Правда? – Ян удивлённо поднял брови. – Звучит нездор'oво. На последнем сеансе Кейн сказал, что всё, что даёт лёгкий дофамин – в перспективе аддикция.
– Слушать мудонов тоже такое себе, Новичок. И, вообще, ты не туда уводишь, – отмахнулся от его слов Миккель. – Главное: Маршалл саботирует нас из-за ЧБ старья.
– Но.
Отрицания были бесполезны, Миккель его раскусил. Причина действительно крылась именно в отнятом времени. Будущее ограбление лишало Маршалла изучения классического кино, совсем недавно пополнившего его коллекцию. Ему нравилась подготовка к «делу», нравилось веселиться с друзьями, но фильмы являлись его убежищем с раннего детства и нигде и ни с кем он не чувствовал себя так комфортно, как в обществе киногероев.