А следом она рассмеялась. Не натурально и громко, привлекая внимание других девушек. Стало тише. Теперь все внимание шиами было обращено к нам. Тоже мне, актриса дешевого театра. И чем я ей так не нравлюсь? Тем, что не заискиваю и не преклоняюсь, как этой дамочке привычно?
– Ну ты же только что вырвала из рук ткань, которую подруга подобрала для моего парадного платья, чтобы кто–то вроде меня не появился в наряде, который затмит твой наряд, – я передернула плечами. – Сомневаюсь, что ты вообще видела эту ткань прежде.
На отрез для платья мне было в целом наплевать, но терпеть это хамское поведение в очередной раз было выше моих сил. Кто–то же должен поставить эту высокомерную выскочку на место.
– Эту ткань Тиарра при мне откладывала для своего платья, – растягивая гласные соврала не моргнув и глазом одна из черноволосых девиц по правую руку от самодовольной блондиночки.
– Но она лежала среди остальных отрезов на столе, – мотнула головой Ледрина.
– Опять от тебя одни проблемы… Любишь же ты ввязываться в склоки! – закатила глаза Дэйра.
– Так ты называешь нас лгуньями?! – девица заверещала, – Ах ты пустышка, неотесанная деревенщина…
И что тут началось… Галдеж возмущенных девиц оглушал. Ледрина завопила громче, перекрикивая черноволосую истеричную особу. Тиарра заголосила что–то про оскорбления и про несправедливые обвинения, на что ей ответила Мира, не стесняясь в крепких выражениях. А дальше черноволосая вцепилась в волосы Миры, Мира вмазала сопернице в нос… Не сговариваясь, я и Ледрина наскочили на них, пытаясь разнять девушек, Дэйра ворчала над ухом, обвиняя меня во всем происходящем.
– Девушки! Шиами! Пожалуйста… Успокойтесь! Спокойствие! – краем глаза заметила, как из–за ширмы появилась модистка, которая, похоже, никогда раньше не сталкивалась с подобным поведением. Ее помощницы метались между нами, пытаясь разнять сцепившихся девушек.
И тут…
– Что здесь вообще происходит?! – зазвучал оглушительный голос кьярры Дорраген, явно усиленный магией, потому как от ее слов в ушах зазвенело.
На доли секунды наступила звенящая тишина. Девушки отскочили друг от друга, делая вид, что ничего такого не произошло. А наша наставница бесшумно медленно двигалась от двери вперед, при этом ее алый балахон зловеще развевался за ее спиной, будто языки пламени.
– У девушек произошел конфликт, кьярра Дорраген, – всплеснула руками модистка, нарушая тишину, – Никогда с таким не сталкивалась!
Теперь меня в драке обвинят. Этого только и не хватало. Мне черная кошка с пустым ведром дорогу перешла что ли? Кому в небесной канцелярии я так насолила?
– Уже вижу. Я разберусь с девушками, кьярра Волкейр, – процедила наша наставница, а следом обвела всех нас испепеляющим взглядом, при этом ее лицо стало еще больше напоминать печеную картошку, и начала чеканить слова так жестко, что внутри даже что–то содрогнулось, – Вы! Благородные шиами! А не лесное зверье, грызущееся за кость!
– Прошу меня извинить, кьярра Дорраген, – мерзкая блондинка заблеяла елейным голосочком, поправляя перекрутившееся платье, которое Мира немного попортила, при этом бросив в мою сторону презрительный взгляд. – но это начала…
– Молчать, шиами Тиарра! – наставница рявкнула, заставляя выскочку подавиться своими бессмысленными обвинениями. – Я вам не давала слова! И не спрашивала, кто затеял это вопиющее безобразие! Не важно, с чего все началось, важно то, что вы все в этом участвовали вместо того, чтобы спокойно осудить зачинщика! На сегодня снятие мерок закончено! Посмотрим, понадобятся ли вообще вам эти платья, и кто из вас вообще пойдет на первый бал. С таким поведением я не позволю вам всем участвовать в этом мероприятии, чтобы не опозорить честь нашего университета и его благородных выпускниц. А сейчас все за мной. В мою аудиторию.
Она порывисто развернулась, напоследок сверкнув взглядом, и направилась к дверям. Девушки живенько построились парами и засеменили за наставницей, склонив головы.
– Вот видишь, что ты натворила, – жарко и едва слышно зашептала Дэйра, моя вечная спутница. – Я же тебе говорила, ты навлечешь на нас всех беду!
Ну вот опять! Начинается! И без нее тошно!
– Я не сделала ничего дурного, – шикнула в ответ. – А ты можешь попросить кьярру Дорраген переселить тебя в другую комнату, если мое общество тебя не устраивает.
Дэйра лишь неодобрительно поджала губы в ответ, отвела взгляд и направилась вперед, за предшествующей парой. Ощутив толчок от Миры в спину, и я двинулась следом за ней.
Мы двигались тихо, практически бесшумно, петляя змейкой по коридорам университета. Повсюду сейчас шли занятия. Из–за дверей доносились звуки пения, музыки, голоса преподавателей.
А что ждет нас всех? Простое отстранение от участия в дурацком показном выступлении под названием «Первый бал»? Или что–то куда более серьезное? Ну не может же наставница всех разом сделать дурочками, лишив разума? Мийла, по крайней, мере ведет себя весьма странно…