Читаем Управляемое авиационное оружие США и НАТО полностью

В годы Второй Мировой войны Германия применяла в гроздьях авиабомбы SC-10 массой 8,6 кг (заряд 1 кг литого тротила) и длиной 58 см, а также суббоеприпасы SD-2. Немцы использовали в гроздьях и авиабомбы проникающего действия SBe-50 массой 50 кг.

На вооружении российских ВВС состояло большое число кассетных контейнеров, в том числе кассетный контейнер РБК-250 с несколькими вариантами наполнения, в том числе и 150 осколочными АО-1, и планирующий отбрасываемый контейнер кассетных боеприпасов РБК-500У с INS/GPS наведением. Кассетные суббоеприпасы применяются также РСЗО Ураган и Смерч с различными вариантами наполнения: как, например, 10 ОФАБ-50 Уд (осколочно-фугасных бомб); 106 осколочных суббоеприпасов АО-2,5; 250 осколочных АО-1, 352 противотанковых кумулятивных суббоеприпаса ПТАБ, 268 противотанковых кумулятивных суббоеприпасов ПТАБ-1М, 295 зажигательных суббоеприпасов ЗАБ, 15 самоприцеливающихся (самонаводящихся) боевых элементов (суббоеприпасов) СПБЭ-Д, 12 бомб проникающего действия БЕТАБ, 10 бомб проникающего действия БЕТАБ-М, 565 осколочных ШОАБ-0,5; 108 осколочных АО-2,5.

В первых суббоеприпасах американских ВВС BLU-3/B и BLU-4 A/B при ударе о землю из корпуса выбрасывался боевой убойный осколочный элемент, который на высоте 10 футов приводился в действие натяжным шнуром, крепившимся за корпус суббоеприпаса. Взведение взрывателя происходило в полете, когда поток воздуха отбрасывал защелку и предохранительный обруч, раскрывая крылышки суббоеприпаса. Суббоеприпасы BLU-3B и BLU-4 A/B различались лишь весом и размерами — 3,75 дюйма в длину и 2,75 в диаметре при весе 1,75 фунта и 3 дюйма в длину, 2,75 дюйма в диаметре при весе 1,25 фунта. Впоследствии в Польше производился осколочный кассетный боеприпас LBO, похожий на американский BLU-4/B.

Первый кумулятивный суббоеприпас BLU-7B в американских ВВС появился в 60-х годах, имел массу 1,5 фунта (около 700 г) при длине 7,57 дюймов и диаметре 2,75 дюйма (у модификации BLU-7 A/B 8,25 дюйма в длину и 2,75 в диаметре). При падении стабилизирующий парашют суббоеприпаса, вытягиваясь, взводил взрыватель, приводившийся в действие при ударе о цель или преграду. В ходе войны во Вьетнаме эти суббоеприпасы часто разрывались на кронах деревьев. Чтобы предотвратить это, были разработаны baseball-суббоепришсы BLU-24 (модификации B, B/B, C/B) и BLU-66 (A/B, B/B) с пластиковым обручем-предохранителем наверху, который отбрасывался при ударе о кроны деревьев. Вследствие наличия на корпусе суббоеприпасов наклонных ребер-крылышек скорость вращения достигала 2 400 оборотов в минуту, что было достаточным для приведения взрывателя в боевое положение после отброса предохранительного обруча.

Во время войны во Вьетнаме в США было разработано целое семейство суббоеприпасов APAM (Anti-Personnel/Anti-Materiel) осколочного и (или) зажигательного действия. При этом некоторые типы суббоеприпасов делались в двух модификациях — мгновенного и замедленного действия, и тем самым имели различное обозначение. Так BLU-26B (В — baseball) осколочный суббоеприпас мгновенного действия (масса 1 фунт (454 грамма), диаметр 2,75 дюйма) был практически идентичен суббоеприпасам BLU-36/B и BLU-59/B замедленного действия, имея с ними и одинаковые цвет (оливковый) и форму корпуса с четырьмя ребрами крылышками, но отличался лишь характером поверхности корпуса. Боеприпасы BLU-26B и BLU-63/B, внешне похожие друг на друга (масса 1 фунт (454 грамма), диаметр 70 мм), отличались предназначением: первый был осколочным мгновенного действия, второй — миной осколочного действия. Также суббоеприпасы M38 и M40 (М — обозначение, употреблявшееся в артиллерии армии США в отличие от термина BLU — Bomb Live Unit, использовавшегося в ВВС США) диаметром 115 мм оливкового цвета, отличались тем, что первый был замедленного действия, а второй — мгновенного. Достаточно большую путаницу могла вызвать и окраска. Так, осколочнозажигательный суббоеприпас BLU-61 (модификация BLU-61A/B) имел по оливковому корпусу желтые и красные точки, тогда как осколочный суббоеприпас замедленного действия BLU-39/B имел вокруг корпуса красную полосу, хотя оба боеприпаса были боевыми.

Стоит заметить, что учебные суббоеприпасы в США имели другое обозначение — BDU (Bomb Dummy Unit), причем инертные окрашивались в светло-голубой цвет, а учебные — в красный или оранжевый, что иногда могло вызвать ошибочное мнение о них как о новых видах боеприпасов, тем более, что боевые суббоеприпасы окрашивались не только в черный и оливковый, но и в желтый цвета.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих кораблей
100 великих кораблей

«В мире есть три прекрасных зрелища: скачущая лошадь, танцующая женщина и корабль, идущий под всеми парусами», – говорил Оноре де Бальзак. «Судно – единственное человеческое творение, которое удостаивается чести получить при рождении имя собственное. Кому присваивается имя собственное в этом мире? Только тому, кто имеет собственную историю жизни, то есть существу с судьбой, имеющему характер, отличающемуся ото всего другого сущего», – заметил моряк-писатель В.В. Конецкий.Неспроста с древнейших времен и до наших дней с постройкой, наименованием и эксплуатацией кораблей и судов связано много суеверий, религиозных обрядов и традиций. Да и само плавание издавна почиталось как искусство…В очередной книге серии рассказывается о самых прославленных кораблях в истории человечества.

Андрей Николаевич Золотарев , Борис Владимирович Соломонов , Никита Анатольевич Кузнецов

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы
1812. Всё было не так!
1812. Всё было не так!

«Нигде так не врут, как на войне…» – история Наполеонова нашествия еще раз подтвердила эту старую истину: ни одна другая трагедия не была настолько мифологизирована, приукрашена, переписана набело, как Отечественная война 1812 года. Можно ли вообще величать ее Отечественной? Было ли нападение Бонапарта «вероломным», как пыталась доказать наша пропаганда? Собирался ли он «завоевать» и «поработить» Россию – и почему его столь часто встречали как освободителя? Есть ли основания считать Бородинское сражение не то что победой, но хотя бы «ничьей» и почему в обороне на укрепленных позициях мы потеряли гораздо больше людей, чем атакующие французы, хотя, по всем законам войны, должно быть наоборот? Кто на самом деле сжег Москву и стоит ли верить рассказам о французских «грабежах», «бесчинствах» и «зверствах»? Против кого была обращена «дубина народной войны» и кому принадлежат лавры лучших партизан Европы? Правда ли, что русская армия «сломала хребет» Наполеону, и по чьей вине он вырвался из смертельного капкана на Березине, затянув войну еще на полтора долгих и кровавых года? Отвечая на самые «неудобные», запретные и скандальные вопросы, эта сенсационная книга убедительно доказывает: ВСЁ БЫЛО НЕ ТАК!

Георгий Суданов

Военное дело / История / Политика / Образование и наука
100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное