Пока декан хрипло отвечал, стянул с меня халат, белым облаком опустившийся к моим ногам. Я подалась вперёд, с наслаждением потираясь своей обнажённой грудью об его и выдыхая стон. Склонившись, Курд приник поцелуем к моим губам, толкаясь языком вглубь рта, с готовностью пососала стороннего захватчика и сплелась с ним своим, отвечая. Обняв за талию, он шагнул и, прижав меня спиной к стене, разрывая поцелуй заскользил губами по моей шее, покрывая её лёгкими касаниями и укусами. Цепляясь пальцами за широкие плечи, я выгнулась в его руках, подставляя своё тело для нежных ласк. Пройдясь по ключицам, он спустился к груди и наконец втянул в рот призывно торчащий сосок, сорвав стон наслаждения с моих губ, услышав его, мужчина рыкнул и прикусил посасываемую горошину, тут же зализав место укуса.
— Курд… — выдохнула, чувствуя, как утопаю в накрывших с головой ощущениях. Живот подрагивал от сжимающих его спазмов, по венам бурля растекалась лава и собиралась между моих ног, всё сильнее разжигая пожар возбуждения. Чтобы хоть как-то его унять стиснула колени, но мужчина не позволил и, нырнув в трусики рукой, погладил набухшие лепестки, растирая по ним выступившую росу. От мягкого прикосновения я вскрикнула и развела ноги шире, давая любимому доступ к самому сокровенному.
Опустившись на колени и сняв с меня кружевное бельё, он закинул мою ногу на своё плечо и приник губами туда, где пульсировало желание. С наслаждением облизывая нежные складочки и ритмично посасывая клитор. Аккуратно проникнувший в меня палец приласкал гладкие стеночки и нажал на какую-то точку, заставив меня всхлипнуть и посмотреть вниз. Встретившись взглядом с чёрными без белков глазами, жалобно попросила:
— Родной, возьми меня, пожалуйста…
Рыкнув, он встал и, резко развернув меня лицом к стене, надавил ладонью между лопаток, вынуждая прижаться к ней голой грудью.
Звон пряжки ремня, как и звук расстёгиваемой молнии, наполнили меня восторгом и предвкушением, прогнувшись в пояснице, выпятила попку и замерла в ожидании вторжения. Пройдясь по спине, погладив, руки обхватили ягодицы, сжали их, и ко входу в изнывающее от нетерпения лоно прижалась разгорячённая головка. Он вошёл в меня одним плавным движением, заполняя до конца и упираясь в подрагивающую стеночку, вырывая из моей груди протяжный стон:
— О, дааа! — выкрикнула не в силах сдержаться, наконец-то почувствовав своего мужчину в себе.
Он покрывал мои плечи поцелуями, прикусывал, тут же зализывая пострадавшую кожу, и скользил во мне, почти выходя и вновь толкаясь в самую глубину, рыча и хрипло шепча:
— Моя нежная девочка, какая же ты сладкая, крошка!
Я прогибалась всё сильнее, ловя каждый удар бьющихся о мою попку мужских бёдер, и захлёбывалась от собственных всхлипов и стонов. Оттолкнувшись от стены, прижалась лопатками к широкой груди и обвила шею демона руками. Сильные ладони погладили мой животик и, поднявшись вверх, обхватили тяжёлые полушария, сжав пальцами соски, ласково их перекатывая. Перестав себя контролировать, Курд ускорился, движения стали резче и размашистей, вознося меня всё выше. Выдыхая имя любимого, я подавалась навстречу, сама насаживаясь на дарящий наслаждение член. Первый в моей жизни оргазм буквально разбил моё тело на осколки, и, закричав, я забилась в надёжных объятьях, ритмично сжимаясь на подрагивающем органе, чувствуя, как он омывает шелковистые стеночки семенем.
Переведя дыхание, Курден вышел из моего тела, развернул меня к себе лицом, скинул свою обувь и остатки одежды, подхватил под попку и приподнял, вновь входя. Обвив его руками и ногами, я приникла поцелуем к нежным губам, качаясь на скользящем во мне члене.
Нижнюю губу опалила боль, с удивлением отстранившись в поисках её причины, натолкнулась взглядом на клыки.
— Прости, очень больно? — спросил мужчина, заметив выступившую капельку крови.
Зачарованно любуясь на острые зубы, отрицательно мотнула головой и попросила:
— Покажи, как ты выглядишь в боевой ипостаси.
Улыбнувшись, он, войдя на всю длину, прижал меня крепче и начал трансформироваться. Я едва не завизжала от накрывшего с головой удовольствия, ощутив, что растёт он не только тут, но и глубоко в моём теле, растягивая обхватившие его мышцы. Перед глазами поплыло и потребовалось огромное усилие, чтобы сосредоточиться и оценить представшего передо мной демона. Ровные, чёрные рога практически царапали высокий потолок, распущенные алые волосы, того же цвета крылья за спиной. Позволяя собой полюбоваться, Курд их расправил, слегка взмахнув и заставив меня задохнуться от восхищения своим мужчиной. Залитые тьмой глаза и выступающие клыки делали его таким порочно-притягательным, и это ощущение только усиливал находящийся во мне орган. Выдохнув:
— Ты прекрасен! — я качнулась, возобновляя древние как мир движения, и так как до губ в этом его облике больше не дотягивалась, приникла к мощной груди, покрывая её поцелуями и слизывая выступившие капли пота.