Читаем В мире античных свитков полностью

Так создаются долговечные памятники письменности. Я видел рукописи Тиберия и Гая Гракхов у Помпония Секунда, известного поэта и славного гражданина, почти через двести лет после того, как они были написаны. Часто мы видим рукописи Цицерона, божественного Августа, а также Вергилия».

Цитированный текст Плиния содержит в себе много неясностей, и многие поколения комментаторов неоднократно предлагали различного рода исправления и дополнения. Одним из первых комментаторов текста Плиния был венецианец Мельхиор Гиландин, выпустивший в Венеции в 1572 г. сочинение «Папирус, комментарий к трем главам о папирусе Плиния Старшего», на латинском языке. Но, несмотря на все неясности, текст Плиния дает в основном верное представление о производстве харты и заслуживает пристального внимания.

Находимые в Египте папирусы имеют по большей части ширину первого сорта, указанную Плинием.

Склеивались листы папируса так, чтобы каждый лист своим обрезом накладывался на следующий, с шириной покрытия в 1–2 см. Места склеек заделывались настолько тщательно, что писец обычно не обращал на них внимания, и их можно обнаружить, лишь следя за горизонтальными волокнами материала, несовпадающими в местах склейки. Особой тонкостью и тщательностью выделки отличаются иератические документы (в отличие, например, от весьма грубых образцов византийской эпохи).

Сопоставляя сведения Плиния с другими источниками, особенно с теми, которые относятся к золотому веку римской литературы, когда употребление харты приобретает широкие масштабы, можно составить следующий перечень сортов папируса:

1. Харта иератика — иератический сорт, шириной около 25 см. Он употреблялся для изготовления религиозных книг (откуда и происходит его название) и изготовлялся из самой сердцевины клетчатки, заполняющей папирусный стебель. Этот сорт был особенно светлым и тонким, и на нем писали только с одной стороны. Позднее он был переименован в «августовскую харту», в честь первого римского императора, а название иератической было перенесено на третий сорт.

2. Харта ливиана, «ливиевская харта», названная так в честь Ливии, супруги Августа. Она не уступала по качеству августовской харте.

3. Харта Клавдиана, «клавдиевская харта», которая изготовлялась путем склеивания попеременно листов августовской и ливиевской харты.

4. Харта фанниана, «фанниевская харта», шириной около 19 см. Ее изготовляла мастерская Фанния, как сообщает Плиний в цитировавшемся тексте.

5. Харта амфитеатрика, шириной около 17 см. Название ее происходит от места, где она производилась в Александрии.

6. Харта саитика, папирус довольно низкого качества, изготовлявшийся в районе египетского города Саиса.

7. Харта тенеотика, по качеству еще ниже предшествовавшей: она также называлась по месту изготовления, как видно из текста Плиния.

8. Харта корнелиана, качество которой определить довольно трудно: она названа так по имени Корнелия Галла, префекта Египта, назначенного Августом.

9. Харта эмпоритика, «купеческая харта», которая не годилась для письма и употреблялась для обертки товаров.

Приведенный перечень не исчерпывает, однако, всех сортов папируса-бумаги, указания на которые встречаются в античных источниках. В разные времена, и до Плиния и после него, в римских источниках встречаются названия «царской харты» (в качестве одного из лучших сортов), мемфисской харты, белой харты и т. д. Ширина находимых в Египте папирусов не всегда соответствует указанным стандартам.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
1939: последние недели мира.
1939: последние недели мира.

Отстоять мир – нет более важной задачи в международном плане для нашей партии, нашего народа, да и для всего человечества, отметил Л.И. Брежнев на XXVI съезде КПСС. Огромное значение для мобилизации прогрессивных сил на борьбу за упрочение мира и избавление народов от угрозы ядерной катастрофы имеет изучение причин возникновения второй мировой войны. Она подготовлялась империалистами всех стран и была развязана фашистской Германией.Известный ученый-международник, доктор исторических наук И. Овсяный на основе в прошлом совершенно секретных документов империалистических правительств и их разведок, обширной мемуарной литературы рассказывает в художественно-документальных очерках о сложных политических интригах буржуазной дипломатии в последние недели мира, которые во многом способствовали развязыванию второй мировой войны.

Игорь Дмитриевич Овсяный

История / Политика / Образование и наука
1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода
1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода

Правда о самом противоречивом князе Древней Руси.Книга рассказывает о Георгии Всеволодовиче, великом князе Владимирском, правнуке Владимира Мономаха, значительной и весьма противоречивой фигуре отечественной истории. Его политика и геополитика, основание Нижнего Новгорода, княжеские междоусобицы, битва на Липице, столкновение с монгольской агрессией – вся деятельность и судьба князя подвергаются пристрастному анализу. Полемику о Георгии Всеволодовиче можно обнаружить уже в летописях. Для церкви Георгий – святой князь и герой, который «пал за веру и отечество». Однако существует устойчивая критическая традиция, жестко обличающая его деяния. Автор, известный историк и политик Вячеслав Никонов, «без гнева и пристрастия» исследует фигуру Георгия Всеволодовича как крупного самобытного политика в контексте того, чем была Древняя Русь к началу XIII века, какое место занимало в ней Владимиро-Суздальское княжество, и какую роль играл его лидер в общерусских делах.Это увлекательный рассказ об одном из самых неоднозначных правителей Руси. Редко какой персонаж российской истории, за исключением разве что Ивана Грозного, Петра I или Владимира Ленина, удостаивался столь противоречивых оценок.Кем был великий князь Георгий Всеволодович, погибший в 1238 году?– Неудачником, которого обвиняли в поражении русских от монголов?– Святым мучеником за православную веру и за легендарный Китеж-град?– Князем-провидцем, основавшим Нижний Новгород, восточный щит России, город, спасший независимость страны в Смуте 1612 года?На эти и другие вопросы отвечает в своей книге Вячеслав Никонов, известный российский историк и политик. Вячеслав Алексеевич Никонов – первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, декан факультета государственного управления МГУ, председатель правления фонда "Русский мир", доктор исторических наук.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Вячеслав Алексеевич Никонов

История / Учебная и научная литература / Образование и наука