Читаем В мире античных свитков полностью

Для больших текстов древние римляне использовали ткани. Древнейшие религиозные тексты, содержавшие, как можно предполагать, описание обрядов при жертвоприношении, назывались «либри линтеи», льняные книги. Они хранились в храме Юноны Монеты. Особо важные документы, рассчитанные на длительное хранение, писались в Риме на шкуре быка. Как сообщает Дионисий Галикарнасский в своей книге «Римская археология» (IV, 58), в храме богини Верности хранился договор, заключенный между Римом и городом Габии. Текст договора был начертан на бычьей шкуре, натянутой на деревянный щит.

Но и глиняные таблетки, и свинец, и древесное лыко, и даже кожа на первых порах не стали материальной основой той книги древности, которая оказалась предком современной европейской. Чтобы стать прародителем величайшего детища цивилизации, эта древняя книга должна была обладать способностью распространять в большом количестве экземпляров широко доступную информацию. От материала, из которого она изготовлялась, требовались максимальные удобства для нанесения большого количества знаков письма. Книга должна была быть удобной для чтения, хранения и транспортировки. Необходимость в таком материале стала особенно ощутимой тогда, когда возросла потребность общества в записи определенного рода текстов, вошедших во всеобщее употребление, как уже говорилось выше. Впервые в истории человечества такая возросшая необходимость дала себя знать с особой силой в древнем Египте: именно египтянам принадлежит изобретение наиболее удобного писчего материала, папируса, ставшего материальной основой египетской, а затем и греко-римской книги на протяжении долгих веков. Слово «папирус» стало обозначать бумагу на многих языках Европы (ср. нем. Papier, франц. papier, англ. paper и т. д.). В Египте впервые получила широкое распространение папирусная книга-свиток. До нас дошли десятки тысяч папирусов из Египта, но это ничтожная доля того колоссального богатства, которое было создано древнеегипетской культурой на протяжении более чем трех тысячелетий ее существования. Папирус стал главным писчим материалом древности. Греки и римляне чаще называли его харта: тем же термином стали называться и целые свитки (от слова харта происходит термин «хартия», как называются иногда особой важности, в основном старинные документы).

В Элладе мощным стимулом к развитию книжного дела послужило возникновение литературной прозы в конце VII — начале VI вв. до н. э. Эпические песни и произведения лирической поэзии могли существовать и без записи, передаваясь из уст в уста без особой порчи текста, так как строгий ритм, которому подчинялся стих, затруднял подмену одного слова другим (ср. русскую поговорку «из песни слова не выкинешь»). Хранительницей прозаического текста должна была стать книга, а не живая и переменчивая человеческая память (надолго сохранить в народной памяти большое литературное произведение, написанное прозой, практически невозможно). Нужный им материал для производства книги греки взяли у египтян: как мы увидим ниже, Египет был единственной страной, производившей папирус.

Употребление писчего материала из кожи, называемого пергаменом (по имени малоазиатского города Пергама, где, согласно традиции, производство этого материала было впервые широко развернуто), вошло в моду только со II века до нашей эры[22]. Долгое время папирус и пергамен существовали рядом, причем преобладали папирусные свитки. Только со II века нашей эры кодексы из пергамена начинают постепенно вытеснять папирус.

Но прежде чем мы познакомимся с тем, как изготовлялась и как выглядела античная книга, необходимо сказать несколько слов об оригинальном орудии письма в античности, находившем самое разнообразное употребление в повседневной жизни образованных людей греко-римского мира — о восковых табличках. Как мы увидим ниже, они оказали существенное влияние на развитие античной книги, послужив прообразом книги-кодекса.

Глава II

Восковые таблички

Там все-таки, скажу без хвастовства я,Как следует учили нас, ребят,Я греческие буквы забываю,Но многое я помню — verbum sat.Байрон, Дон-Жуан

Греческий мальчик, пришедший в школу, приносил с собой покрытые воском таблички. Положив их на колени, он учился писать буквы и слоги, выцарапывая своей еще неумелой ручонкой слова родного языка. Самая древняя такая табличка открыта археологами на территории античной Этрурии (Марсилиано)[23]. Она относится к началу VII века до н. э. и вырезана из слоновой кости. По краю ее начертана греческая азбука, едва ли не древнейший из известных нам вариантов: знаки ее написаны еще справа налево. До нашего времени дошли образцы античных «школьных тетрадей», и на одной из них, хранящейся в Берлинском музее, мы читаем выведенную учителем и старательно четыре раза повторенную учеником пропись: «Будь прилежен, мальчик, чтобы тебя не выдрали».

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
1939: последние недели мира.
1939: последние недели мира.

Отстоять мир – нет более важной задачи в международном плане для нашей партии, нашего народа, да и для всего человечества, отметил Л.И. Брежнев на XXVI съезде КПСС. Огромное значение для мобилизации прогрессивных сил на борьбу за упрочение мира и избавление народов от угрозы ядерной катастрофы имеет изучение причин возникновения второй мировой войны. Она подготовлялась империалистами всех стран и была развязана фашистской Германией.Известный ученый-международник, доктор исторических наук И. Овсяный на основе в прошлом совершенно секретных документов империалистических правительств и их разведок, обширной мемуарной литературы рассказывает в художественно-документальных очерках о сложных политических интригах буржуазной дипломатии в последние недели мира, которые во многом способствовали развязыванию второй мировой войны.

Игорь Дмитриевич Овсяный

История / Политика / Образование и наука
1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода
1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода

Правда о самом противоречивом князе Древней Руси.Книга рассказывает о Георгии Всеволодовиче, великом князе Владимирском, правнуке Владимира Мономаха, значительной и весьма противоречивой фигуре отечественной истории. Его политика и геополитика, основание Нижнего Новгорода, княжеские междоусобицы, битва на Липице, столкновение с монгольской агрессией – вся деятельность и судьба князя подвергаются пристрастному анализу. Полемику о Георгии Всеволодовиче можно обнаружить уже в летописях. Для церкви Георгий – святой князь и герой, который «пал за веру и отечество». Однако существует устойчивая критическая традиция, жестко обличающая его деяния. Автор, известный историк и политик Вячеслав Никонов, «без гнева и пристрастия» исследует фигуру Георгия Всеволодовича как крупного самобытного политика в контексте того, чем была Древняя Русь к началу XIII века, какое место занимало в ней Владимиро-Суздальское княжество, и какую роль играл его лидер в общерусских делах.Это увлекательный рассказ об одном из самых неоднозначных правителей Руси. Редко какой персонаж российской истории, за исключением разве что Ивана Грозного, Петра I или Владимира Ленина, удостаивался столь противоречивых оценок.Кем был великий князь Георгий Всеволодович, погибший в 1238 году?– Неудачником, которого обвиняли в поражении русских от монголов?– Святым мучеником за православную веру и за легендарный Китеж-град?– Князем-провидцем, основавшим Нижний Новгород, восточный щит России, город, спасший независимость страны в Смуте 1612 года?На эти и другие вопросы отвечает в своей книге Вячеслав Никонов, известный российский историк и политик. Вячеслав Алексеевич Никонов – первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, декан факультета государственного управления МГУ, председатель правления фонда "Русский мир", доктор исторических наук.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Вячеслав Алексеевич Никонов

История / Учебная и научная литература / Образование и наука